Опытный лесник нашел щенка в сердце леса и не поверил своим глазам, открыв его сумку

Лесник Андрей Викторович Смирнов открыл дверь старенького УАЗа и вдохнул влажный, колючий воздух раннего утра. Уже больше двадцати лет он работал в этом лесу и знал каждый поворот, каждую тропинку, каждый звук, который здесь мог появиться. Но сегодня что-то было не так.

Он только свернул на узкую дорожку, когда услышал этот тонкий, надрывистый то ли писк, то ли визг. Андрей выключил двигатель. В лесу сразу стало тихо.

Скулеж повторился — жалобный, пронзительный, с какой-то непонятной болью. Так не кричат ни лисы, ни косули, ни зайцы. Так не звучит даже раненый зверь. В этом был страх. И отчаяние.

— Кто там? — пробормотал он, хватая фонарь.

Под сапогами захрустела хвоя. Лес был густым. Он шел по едва заметной тропке, освещая землю впереди белым лучом. Скулеж становился все отчетливее, будто кто-то маленький зовет, боясь, что его не услышат. За поворотом Андрей резко остановился, словно уперся взглядом во что-то невероятное.

На земле, среди намокших иголок, сидел крошечный щенок немецкой овчарки. Недели четыре от силы. Он дрожал всем телом, как листок на ветру. Мокрая шерстка сбилась клочьями, на мордочке — грязь, глаза огромные, черные, блестящие от слез.

Но больше всего внимания приковывал мешок — старый, кормовой, в пятнах земли. Щенок буквально обнимал его: передние лапки обхватили ткань, мордочка прижата к боковой складке. Каждый раз, когда Андрей делал шаг, малыш визжал и прижимался к мешку сильнее. Как будто защищал то, что внутри.

— Тихо, тихо, малыш, — Андрей опустился на корточки, стараясь не спугнуть.

Щенок не убегал. Сил у него, похоже, уже и не было. Но визжал он жалобно, отчаянно, так, будто понимал: если мешок заберут, он потеряет что-то самое важное в жизни.

Андрей медленно протянул руку, чтобы хотя бы убедиться, что щенок не ранен. Но малыш тут же съежился, снова жалобно пискнул и всем своим худеньким тельцем накрыл мешок, словно закрывал собой сокровище. Именно в этот момент лесник понял: это не потерявшийся щенок. И не сбежавший из дома. Тут явно произошло что-то страшное. И решать это одному было нельзя.

Андрей поднялся, достал рацию и, глядя на дрожащего малыша, тихо сказал:…