Какую правду о свекрови узнала женщина, решив вернуться домой в самый разгар командировки

— Мама, а там будет Великая Китайская стена? — Ева подпрыгивала от нетерпения, вертя головой по сторонам.

— Будет и стена, и панды, и всё, что захочешь.

Самолет набирал высоту, оставляя внизу город, который хранил столько воспоминаний — и страшных, и светлых. За иллюминатором проплывали облака: белые, легкие, похожие на сахарную вату, которую они с Евой покупали в парке по выходным. Дочь прижалась к маме и задремала, всё еще сжимая в руке посадочный талон.

Жанна смотрела на небо и думала: её жизнь не сказка со счастливым концом. Она до сих пор одна, до сих пор платит за съемную квартиру и считает деньги до зарплаты. Но она свободна. Она сама решает, куда ей идти и с кем быть рядом. И главное — рядом её дочь. Живая, здоровая, счастливая. Всё остальное приложится. Она погладила Еву по волосам и улыбнулась — легко, открыто, без тени прошлого в глазах.