Семейный инцидент: как отец отреагировал, узнав, что зять отдал его подарок свекрови

Она не брала трубку. Потом он написал. «Лена, прости.

Я идиот. Я все понял. Давай встретимся, поговорим.

Я хочу все исправить». Она ответила. «Мне нужно время».

Время прошло. Неделя, две. Артем писал каждый день.

Извинялся, обещал, умолял вернуться. Людмила тоже звонила, плакала, просила прощения. Лена слушала, но не отвечала.

Отец не давил, не спрашивал, что она решила. Просто был рядом. Однажды вечером Лена сидела на кухне у отца, пила чай.

Отец читал газету. Вдруг он отложил ее, посмотрел на дочь. «Знаешь, дочка, что самое трудное в жизни?» — спросил он.

«Что? Отпустить то, во что вложил столько сил? Отношения, работу, мечту. Кажется, если отпущу, значит, зря старался, зря терпел, зря надеялся. Но правда в том, что иногда отпустить — это единственный способ спасти себя».

Лена смотрела на него, и вдруг все стало ясно. Она вложила в эти отношения год жизни, терпела свекровь, молчала, прогибалась, надеялась, что Артем изменится, но он не менялся и не изменится, потому что ему комфортно так, как есть, а ей — нет. «Я не вернусь», сказала она вслух.

«Правда не вернусь». «Хорошо», отец кивнул. «Это твой выбор, и я его уважаю».

Лена написала Артему. «Я не вернусь». «Прости, подам на развод».

Он позвонил сразу. Она не взяла трубку. Он писал, названивал, умолял.

Лена не отвечала. Через неделю подала документы на развод. Артем не сопротивлялся.

Развод оформили через месяц. Лена забрала свои вещи из квартиры, когда Артема не было дома. Он оставил ключи у соседей.

В квартире было тихо, пусто, холодно. Лена прошла в спальню, открыла шкаф. Пальто висело на том же месте.

Она сняла его, погладила. Замша была мягкой, но пятно на воротнике осталось. Зацепка тоже.

Лена сложила пальто в сумку. Больше здесь ничего не осталось. Когда она выходила, у двери стояла Людмила, бледная, осунувшаяся, постаревшая.

Она смотрела на Лену с мольбой. «Леночка, прости меня», прошептала она. «Я все испортила.

Я не хотела, правда?» «Я знаю», Лена кивнула. «Но это ничего не меняет. Артемушка без тебя пропадает, не ест, не спит, приходит с работы и сидит, смотрит в одну точку.

Это его выбор». Лена обошла свекровь. «Он выбрал вас.

Живите теперь с этим». Она спустилась вниз, вышла на улицу. Было начало декабря.

Снег наконец-то выпал по-настоящему, белый и чистый. Лена остановилась, подняла лицо к небу. Снежинки падали на щеки, таяли.

Она шла по улице и с каждым шагом становилась легче, словно с плеч сняли тяжелый груз. Она дышала полной грудью, улыбалась. Первый раз за долгое время.

Отец ждал ее дома. Встретил с чаем и пирогом. «Ну как?» спросил он.

«Хорошо». Лена села за стол. «Правда хорошо?» «Пальто забрала?» «Да».

«Что с ним будешь делать?» Лена посмотрела на сумку, где лежало пальто. Подумала. «Не знаю.

Может, продам или отдам. Носить не буду, кому слишком много плохих воспоминаний». «Правильно», отец скивнул.

«Прошлое нужно отпускать, а то оно тянет назад. Они пили чай, ели пирог. Отец рассказывал про работу, про новый рейс.

Лена слушала и думала. «Хорошо, что есть он. Человек, который любит без условий, не требует, не манипулирует, просто любит».

«Знаешь, пап», сказала она, «а я и не думала, что ты так умеешь». «Что именно?» «Ставить людей на место. Ты тогда, с Людмилой и Зоей Марковной, это было мастерски».

Отец усмехнулся. «Дочка, когда 20 лет ездишь по дорогам, видишь всяких людей. Учишься понимать, кто чего стоит».

Людмила думала, что она умнее всех, что может манипулировать, давить, и никто ничего не скажет, а я просто показал ей зеркало, и она увидела себя настоящую. «Мне жалко ее», призналась Лена, «немного. Она же несчастная, одинокая, а Артем – все, что у нее есть».

«Жалость – это хорошо», отец налил еще чаю. «Но не путай жалость с обязанностью. Ты не обязана жертвовать своим счастьем ради чужого несчастья.

Запомни это». Лена кивнула. «Запомнила».

Прошло два месяца. Лена устроилась на новую работу, сняла маленькую квартиру на другом конце города, начала жить заново, без Артема, без Людмилы, без того груза, который тянул ко дну. Отец помог с переездом, купил мебель, обустроил.

Они стали видеться чаще, он заезжал после рейсов, они ужинали, разговаривали. Лена понимала – это и есть семья. Не та, где обязательства и долги, а та, где любовь и поддержка.

Артем писал иногда, короткие сообщения, как дела, прости меня, хочу все вернуть. Лена не отвечала. Один раз он приехал к ее дому, стоял под окнами, звонил.

Она не вышла. Он постоял, ушел, больше не приезжал. Однажды весной Лена встретила Зою Марковну в магазине.

Старушка узнала ее, подошла. «Леночка!» – обрадовалась она. «Как ты? Давно не виделись».

«Хорошо», – Лена улыбнулась. «Работаю, живу». «Слышала, вы с Артемом развелись».

Зоя Марковна покачала головой. «Жалко, молодые совсем, а уже не сошлись». «Бывает», – Лена пожала плечами.

Людмила Михайловна совсем плохая стала. Старушка понизила голос. Артем к ней почти не приезжает.

Она одна сидит, плачет. Соседи говорят, по ночам стонет. Совесть, наверное, мучает.

Может быть, Лена не хотела обсуждать свекровь. «А ты замуж опять выходить будешь?» Зоя Марковна с любопытством заглянула в глаза. «Посмотрим», Лена улыбнулась.

«Если встречу того, кто будет меня уважать». «Правильно, деточка», старушка кивнула. «Уважение – это главное.

Без уважения никакая любовь не держится». Они попрощались. Лена вышла из магазина, шла по улице.

Был теплый апрельский день, солнце светило ярко, снег почти растаял. На деревьях набухали почки. Лена остановилась, посмотрела вокруг и подумала.

Да, она сделала правильный выбор. Ушла. Отпустила.

Начала жить для себя. Вечером она сидела дома, пила чай на балконе. Телефон завибрировал.

Сообщение от незнакомого номера. Она открыла. «Привет, Лена.

Это Максим. Мы вместе работали три года назад. Случайно увидел тебя сегодня в городе.

Узнал. Хотел поздороваться, но ты ушла. Может, встретимся как-нибудь? Выпьем кофе.

Поговорим». Лена вспомнила Максима. Высокий, спокойный, с добрыми глазами.

Они действительно работали вместе. Дружили. Потом она вышла замуж.

Они перестали общаться. Она написала. «Привет.

Да, давай встретимся. Завтра в шесть у кофейнина на углу». Он ответил.

«Отлично. До встречи». Лена убрала телефон, улыбнулась.

Может, это начало чего-то нового. А может, просто кофе со старым другом. Но в любом случае это ее выбор, ее жизнь.

И она больше не позволит никому ее контролировать. Она допила чай, зашла в комнату. На вешалке висело новое пальто.

Серое, шерстяное, простое. Она купила его сама, на свои деньги. Оно было не такое дорогое, как то, немецкое.

Но оно было ее. Только ее. И этого было достаточно.

Лена погладила пальто, улыбнулась. Жизнь продолжалась. И она была готова жить ее так, как хочет.

Без заглядки на чужие ожидания, без страха обидеть, без чувства вины. Она легла спать спокойно, без тревоги, без напряжения. Впервые за долгое время ей снились хорошие сны.

И когда утром она проснулась, солнце светило в окно, и она знала, все будет хорошо. Обязательно будет.