Сила одного звонка: как тихий папа решил проблему дочери, которую выгнали перед Новым годом

Артём сидит, уткнувшись взглядом в пол. Он не только квартиру продул, еще и платить должен. Галина Петровна продолжает вопить про несправедливость, пока пристав не пригрозил вывести из зала.

Через неделю после суда я выходила из «Сильпо» на Васильевской и нос к носу столкнулась с Галиной Петровной. Она поджидала у подъезда с какой-то папкой.

— Поговорить надо, — сказала она неожиданно спокойно.

— Не о чем нам говорить.

— Я готова всё забыть. Давай договоримся. — Она раскрыла папку. — Восемь «лимонов» за квартиру. Налом. Без вопросов.

Я достала телефон, показала экран с открытым заявлением в полицию о преследовании.

— Видите дату? Сегодняшняя. Еще один звонок, еще одна встреча, еще одна смс-ка — и это заявление улетает участковому. У меня все ваши звонки записаны, скрины сообщений сохранены, и сейчас тоже пишется.

Галина Петровна изменилась в лице.

— Квартира стоит 19 «лимонов» по рынку. Ваши 8 – это прямое оскорбление. А ваш сыночек должен моему отцу 52 тысячи по решению суда. Так что это вы нам должны.

Она стояла, открыв рот, не в силах выдавить ни звука. Впервые за всё время нашего знакомства великая и ужасная Галина Петровна потеряла дар речи.

— Счастливо оставаться.

Я обошла ее и пошла домой. Она даже не обернулась. Знала, что проиграла вчистую. Вечером рассказала папе про встречу. Он усмехнулся:

— Молодец. Чистый инженерный расчет. Конструкцию на прочность проверила — выдержала.

Я расхохоталась, впервые за два месяца по-настоящему. В марте нашла себе студию в центре. Деньги от аренды позволяли не торопиться с работой, спокойно обустроить жилье. Артём исправно переводил компенсацию частями. Видать, у мамочки занимал.

В апреле подала на развод. Артём не явился, развели заочно.

Стою у окна своей квартиры, смотрю на весенний город. Реки освободились ото льда, по реке катера пошли. Звонит телефон. Папа зовет на открытие навигации, мосты посмотреть.

— Через час буду, — отвечаю и улыбаюсь.

Одна жизнь закончилась, другая началась. И эта жизнь — только моя.