«Свет не включай»: почему женщина не послушала незнакомку и кого она увидела
Ночь не принесла сна. Ольга сидела на кухне, чай остыл, телефон лежал экраном вниз, а в голове снова и снова прокручивались одни и те же слова Галины, уверенные, гладкие, лживые: «Цветы полить пришла…»
Ольга закрыла глаза. И вдруг вспомнила. Так ясно, будто кто-то щелкнул выключателем. Месяц назад. Миша начал ходить. Падал, тянул все в рот, лез к плите, к розеткам. И тогда Ольга купила камеры, самые простые, домашние. Поставила в коридоре, в гостиной, в спальне. Чтобы, готовя ужин, краем глаза видеть, где он.
— Господи, — выдохнула она.
Руки задрожали, когда она открыла приложение. Камеры работали, индикаторы горели, записи хранились. Ольга выбрала сегодняшний день. Отмотала назад. Еще. Еще. Вот дверь. Вот коридор.
Дверь открылась. В кадре появилась Галина. Спокойная. Без суеты. Она сняла куртку, прошла внутрь так, будто это был ее дом. Подошла к комоду, выдвинула ящик. Улыбнулась чему-то своему. Через несколько минут в квартиру вошли Андрей и Виталий.
«Вот здесь, — сказала Галина на записи, ее голос был четким, деловым. — Деньги обычно тут. Золото не все, но основное. Компьютер возьмете, телевизор потом, если успеем».
Она ходила по квартире уверенно, показывала, объясняла, поправляла. Ни тени сомнения. Ни страха. Ольга смотрела не моргая. Слезы текли по щекам. Похоже, правда победит.
Утром она была в участке. Следователь молча посмотрел запись. Потом еще раз. Потом поднял глаза.
— Здесь все ясно, — сказал он. — Спасибо, что принесли.
Галину вызвали почти сразу. Сначала она отрицала. Потом замолчала. Потом попросила воды. Потом сказала: «Я готова сотрудничать». Она говорила уже иначе. Тише. Без напора.
— Я всегда ей завидовала, — призналась Галина, не глядя на Ольгу. — У нее все было, даже когда стало трудно. А у нас муж без работы, долги. А Егор… — она запнулась. — Егор ее баловал. Золото, подарки. Я думала, ну что такого. Немного взять. Она даже не заметит. Я хотела восстановить справедливость.
Ольга слушала и чувствовала странную пустоту. Ни злости. Ни желания кричать. Только усталость.
Суд прошел быстро. Галине, Андрею и Виталию дали условные сроки. Когда все закончилось, Ольга вышла на улицу и глубоко вдохнула. Мир был на месте. Дом цел. Ребенок жив и рядом.
Вечером она сидела на кровати, перебирая старую коробку с украшениями. Те самые, которые Егор дарил, чтобы ее порадовать. Она вспомнила, как он однажды сказал, будто между делом:
