Богач годами носил цветы на могилу жены, пока случайная нищая не открыла ему глаза 

— Зинаида.

— А по отчеству, как к вам обращаться?

Старуха рассмеялась.

— Да так и зови, Зинаида Федоровна. А ты Виктор, что ли?

— Виктор Павлович.

— Ну, будем знакомы, Виктор Павлович. Еще пятерку не подашь? А то пенсия не скоро.

Он дал ей десять тысяч. Она спрятала купюры за пазуху и качала головой.

— Ох, щедрый! Ох, добрая душа!

А тем временем жизнь продолжалась. Елена и Артем, оказавшись без Викторовых денег, продержались вместе ровно три недели. Потом случилось то, что должно было случиться. Артем, как выяснилось, не собирался строить новую жизнь с женщиной почти на двадцать лет старше себя.

Он собирался урвать кусок и свалить. Это была его привычная стратегия еще со времен курсов массажистов, где он приворовывал полотенца и одеколон.

Однажды утром Елена проснулась в съемной квартире на улице Ткачей и обнаружила, что Артема нет. А вместе с ним нет и ее сумочки, ее золотых сережек, ее последних ста тридцати тысяч — всего, что осталось от похоронных денег, — и даже ее любимого кашемирового шарфа.

Записка на столе гласила: «Прости, так получилось. Ты клевая».

Елена села на пол и завыла. Выла долго, страшно, как раненый зверь. Соседка снизу постучала шваброй в потолок, мол, хватит орать, люди спят. Елена не слышала.

Когда слезы кончились, она набрала номер дочери.

— Инна… — голос ее был хриплым, незнакомым. — Мне нужна помощь.

— Какая еще помощь? — Инна была не в духе. Последний месяц она жила у подруги Машки в однокомнатной хрущевке, спала на раскладушке и каждый день слышала намеки, что пора бы уже и честь знать.

— Он меня бросил, Артем. Украл все и сбежал.

Пауза.

— Что значит «украл все»?

— То и значит. Деньги, украшения — все.

— Подожди, а где деньги от страховки?

— Какой страховки? Не было никакой страховки, мы же только… Мы же еще ничего не успели.

Инна почувствовала, как пол уходит из-под ног.

— В смысле не успели?