Что сделала нищая сирота с умирающей дочерью богача
Её готовность даже слегка сбила мужчину с толку. Но он лишь кивнул. Времени раздумывать не было.
Через час они подъехали к загородному дому. Катя не могла скрыть изумления. Особняк был величественным, с коваными воротами и ухоженным садом. Но она тут же взяла себя в руки: «Сейчас главное — помочь больному ребёнку».
В машине, нарушив молчание, хозяин спросил у попутчицы имя.
— Катя, — ответила она робко.
— Родные есть у тебя, Катя? — бросил он следом вопрос, хотя догадывался об ответе.
Девушка покачала головой:
— Нет никого. Я сирота, выросла в интернате.
Мужчина лишь хмыкнул, но ей почудилось сочувствие в его тоне. Катя тихо продолжила: интернат она окончила безо всякой поддержки. Собственного жилья или семьи у неё не было. Искала работу, да без образования и опыта не брали. Так и оказалась на улице.
Он молчал, слушая эту короткую печальную исповедь. В глубине души он удивился: тяжёлая жизнь не ожесточила её сердце. В голосе девушки звучала лишь усталость, но не озлобленность.
Девочка, ради которой всё затевалось, встретила новую сиделку настороженно. Маленькая лежала в постели, окружённая бутылочками лекарств и аппаратом для дыхания. В комнате было сумрачно, шторы плотно закрыты, воздух тяжёлый от запаха медикаментов. Всё вокруг напоминало больничную палату, а не детскую. Пациентка выглядела измождённой и бледной, большие глаза потухли от постоянной боли.
Катя с жалостью посмотрела на ребёнка. Та лишь слабо прижалась к игрушечному мишке и отвела взгляд.
— Это Катя. Она о тебе позаботится, пока меня не будет, — сухо представил девушку отец, стараясь говорить спокойно. — Катя, это моя дочь, Ева.
Катя робко улыбнулась ребёнку.
— Привет, Ева. Давай знакомиться, — негромко проговорила она. — Я буду рядом, если тебе что-нибудь понадобится.
Девочка едва кивнула, не произнеся ни слова. Отец тяжело вздохнул. Ева почти перестала разговаривать после смерти матери, погрузившись в свою болезнь и горе.
Он отозвал Катю в сторону и тихо дал необходимые указания: расписание лекарств, номера врачей на случай приступов, предпочтения Евы в еде (хотя в последнее время она почти не ела, аппетита у дочери не было). Мужчина ещё раз предупредил, что уезжает лишь на неделю, и пообещал двойной гонорар, если по возвращении найдёт дочь в стабильном состоянии.
Катя слушала внимательно, аккуратно складывая листок с графиком приёма препаратов. В душе у неё шевелилось давно забытое чувство. Она вспомнила детей из приюта, за которыми ухаживала в юности. Ей не раз приходилось сидеть у постели больных малышей, утешать, менять холодные компрессы. Тогда, в приюте, она почувствовала, что её призвание — помогать и дарить тепло тем, кому плохо.
— Я сделаю всё, что смогу, — тихо сказала она, глядя мужчине прямо в глаза. — Обещаю.
Что-то в её взгляде заставило сердце отца дрогнуть. Он кивнул, неожиданно для себя испытывая слабую надежду…