Цена дешевых понтов: почему после моего смеха любовница сама сбежала из нашей квартиры
— продолжила Лариса свою безжалостную лекцию по психологии. «Когда ты систематически занимаешь у друзей крупные суммы денег, клятвенно обещаешь вернуть с зарплаты, и никогда в жизни их не возвращаешь», — уточнила она, загибая один палец на руке. «Когда ты постоянно, со слезами на глазах просишь приятелей помочь тебе с ремонтом или машиной, а сам никогда в ответ не помогаешь им даже в мелочах», — загнула она второй палец.
«Когда ты направо и налево раздаешь пустые обещания, клянешься всем святым, и никогда, ни при каких обстоятельствах не держишь своего мужского слова», — Лариса загнула третий палец, глядя прямо на мужа. «И вот так, раз обманул, два подвел, три предал, и вот уже твой телефон перестает звонить даже по большим государственным праздникам», — философски резюмировала она, разводя руками. «А в итоге ты остаешься совершенно один в этом огромном мире, никому не нужный и всеми забытый», — тихо, но очень веско произнесла Лариса, глядя в пустые глаза Олега.
«Один на один со своей законной старой женой, которая, как тебе кажется, никуда от тебя не денется в силу привычки и возраста», — горько усмехнулась женщина, подводя итог своей речи. «Ведь всё именно так и было все эти годы, правда, Олег?» — задала она риторический вопрос, наслаждаясь тем, как краска стыда попеременно сменяется мертвенной бледностью на его лице. Муж стремительно бледнел, его губы дрожали, но он не мог найти в себе сил, чтобы выдавить хотя бы одно жалкое слово в свое оправдание перед этими двумя женщинами.
Вика в этот момент посмотрела на своего ухажера совершенно другим взглядом, в котором читался какой-то новый, холодный и крайне неприятный для него исследовательский интерес. «Я вообще не обязан никому из вас ничего здесь доказывать и оправдываться за свою прожитую жизнь!» — наконец процедил он сквозь плотно сжатые зубы, пытаясь сохранить остатки мужского достоинства. «Конечно же, ты никому ничего не обязан доказывать, кто бы с этим спорил», — легко и непринужденно согласилась с ним Лариса, не желая вступать в бессмысленную перепалку.
«Никто в этом мире вообще никому ничем не обязан, это прописная истина», — миролюбиво добавила она, грациозно поднимаясь со своего места за обеденным столом. Она неспешным шагом подошла к массивному серванту, стоящему в углу кухни, с легким скрипом открыла его стеклянную дверцу и потянулась к верхней полке. Оттуда она бережно достала старый, увесистый семейный фотоальбом, обтянутый бордовым потертым бархатом, на обложке которого еще сохранилось потускневшее от времени золотое тиснение.
«Вик, ты подойди сюда поближе, посмотри на это чудо природы», — позвала Лариса девушку, возвращаясь к столу и с глухим стуком кладя тяжелый альбом прямо поверх глянцевого журнала. Лариса привычным жестом открыла тяжелую картонную страницу, изобилующую черно-белыми и цветными снимками, вклеенными в уголки. «Вот посмотри внимательно, это наш дорогой Олег в возрасте тридцати лет, в самом расцвете своих мужских сил», — указала она наманикюренным пальцем на выцветшую фотографию.
«Настоящий красавец-мужчина был, правда ведь?»
