Эффект бумеранга: идеальный ответ мужу, решившему поделить имущество за спиной жены
«Получает сущие копейки». «Ты посчитал, сколько уходит на ее бесконечные анализы и на эти процедуры?» «Все эти попытки не стоят таких усилий и денег, потому что они не дают никакого результата».
«Я тебе с самого начала говорила, чтобы ты не женился на ней». «Красивая — ну и что, внешность не накормит». «Зато теперь ты в долгах как в шелках, а она активно продолжает изображать из себя больную, тоже мне, актриса!»
Марина инстинктивно зажмурилась, пытаясь отгородиться от этого слова. «Больная» — оно повисло в воздухе, густое и ядовитое, проникая в самое нутро. Семь лет их жизни были отданы этой борьбе.
Борьбе с бесплодием, которая стала их общей болью, их тихой, изматывающей битвой за чудо. Бесчисленные походы по врачам, изматывающие гормональные терапии, две неудачные попытки ЭКО, оставившие после себя лишь пустоту. Сергей всегда был рядом, крепко держал ее за руку в кабинетах врачей и шептал, что все получится.
И теперь вся их общая борьба, ее слезы, ее отчаяние — все это в один миг превратилось для свекрови и, возможно, для самого Сергея в какую-то игру или даже пытку. «Мама, это не ее вина», — сказал Сергей, но это прозвучало как оправдание, а не как попытка защитить любимую женщину. Фраза казалась давно выученной наизусть.
Скорее всего, он повторял ее уже много раз, но сам не верил в то, что это правда. «А чья же тогда?» — голос Тамары Ивановны стал гораздо жестче и разъяреннее. «Я тебе нашла нормальную жену, Ирину помнишь?»
«Дочь моего начальника». «У нее уже двое детей, у всех мужчин из ее окружения голова идет кругом от такой красотки». «Тебя бы она точно на руках носила».
«И жилье у нее свое: родители недавно трехкомнатную квартиру купили в центре». «А что у тебя: больная жена и ипотека до седых волос». «Ты думаешь, я не знаю, что вы в прошлом месяце просрочили платеж?»
«Так вот, разочарую: банк звонил мне как поручителю». «Я в курсе всего, что у вас происходит». В груди у Марины все оборвалось.
Она ждала, что Сергей взорвется, заступится за нее, скажет, что любит и что они вдвоем справятся со всеми трудностями. Но вместо этого последовала тишина, которая была страшнее любых слов. Он молчал, слушал и обдумывал ее слова.
И в этом молчании уже было согласие. «Я больше не могу, мама», — его голос сорвался. «Я в полном тупике».
«Бывают ночи, когда я смотрю в потолок и понимаю: ты была права с самого начала». Сергей сглотнул ком в горле. «Если бы она могла стать другой, или если бы у нас хоть раз получилось завести ребенка, все было бы по-другому».
«Дети точно поменяли бы нашу жизнь в лучшую сторону». «Я бы с радостью вкалывал сутками, лишь бы знать, ради чего это все, но сейчас я ни в чем не уверен». «Вместо счастливой жены и детишек я наблюдаю за тем, как ребята с работы дома строят, на дачи к семьям уезжают, будущее какое-то планируют»…
