«Холодильник твой, а квартира — моя»: ответ жены, который заставил мужа немедленно искать ключи от замка

«Мне, пожалуйста, вот этих двух», — прошептала я вслух, передразнивая Павла. Горькая усмешка тронула мои губы. — «Ну что ж, милый, посмотрим, как тебе понравится твоя еда».

Я достала из пакета одного из лобстеров. Он был тяжелым, живым.

— А это моя, — сказала я, глядя на него. — Заслуженная.

Когда все было готово, я накрыла на стол, но только на одну персону. Поставила тарелку, бокал, приборы. С громким хлопком открыла шампанское и налила себе до половины. Пузырьки весело заиграли в хрустале. Я села за стол, сделала первый глоток. Прохладное, терпкое, пьянящее.

Я посмотрела на часы. Павел должен был прийти с минуты на минуту. Представление начиналось.

Ключ в замке повернулся ровно в 7:30, как всегда, минута в минуту. Павел был до тошноты пунктуален. Я услышала, как он разувается в прихожей, бросает на тумбочку ключи. Наверняка с самодовольной ухмылкой, предвкушая мой подавленный вид и пустой стол.

— Яна, ты дома? — крикнул он из коридора.

Я не ответила. Я просто взяла специальную вилочку и аккуратно извлекла нежное белое мясо из клешни лобстера.

Шаги приблизились. Павел зашел на кухню и замер на пороге. На секунду воцарилась абсолютная тишина, нарушаемая лишь тихим шипением пузырьков в моем бокале.

Я видела его периферическим зрением, его застывшую фигуру, медленно сползающее с лица самодовольство, сменяющееся полным недоумением.

— Это… это что такое? — наконец выдавил он. Голос был хриплым.

Я медленно прожевала кусочек лобстера, наслаждаясь его сладковатым вкусом. Затем промокнула губы белоснежной салфеткой и только после этого повернула к нему голову.

— Добрый вечер, милый. Это ужин.

Он обвел ошарашенным взглядом стол. Вскрытые раковины устриц, блюдце с черной икрой, ведерко со льдом, в котором стояла бутылка шампанского. Его взгляд остановился на останках лобстера в моей тарелке.

— Я вижу, что это ужин! — Он шагнул вперед, его лицо начало краснеть. — Я спрашиваю, что это все значит? Ты где деньги на это взяла?

— Какие деньги, Паша? — Я позволила себе легкую, издевательскую улыбку. Мне нравилось видеть его растерянность. Нравилось чувствовать, как его уверенность трещит по швам.

— Вот эти! — Он ткнул пальцем в стол, так, будто боялся к нему прикоснуться. — На все это! На лобстеров, на икру! Это стоит как половина моей зарплаты! Ты в кредит залезла? У матери взяла? Признавайся!

Его голос сорвался на крик. Он метался по кухне, не находя себе места. Подошел к холодильнику, дернул дверцу. Замок бряцнул, но не поддался. Это, кажется, окончательно вывело его из себя.

— Отвечай мне! — завопил он, поворачиваясь ко мне. В его глазах плескалась смесь ярости и почти животного страха. — Ты украла их, что ли? Ты совсем с ума сошла?

Я спокойно сделала еще один глоток шампанского. Пузырьки приятно щекотали небо. Я дала ему выкричаться, дойти до пика своей истерики, насладилась каждой секундой его паники. Он не мог даже предположить, что у меня могут быть свои большие деньги. В его картине мира этого просто не существовало.

Я поставила бокал на стол, посмотрела ему прямо в глаза. Мой ответ был готов. И я знала, что он сработает лучше любой тирады.

— Успокойся, Паша! Сядь! У тебя сейчас сосуд в голове лопнет! — Мой голос прозвучал ровно и холодно, контрастируя с его багровым лицом и сбитым дыханием.

— Не указывай мне! — прорычал он, но в его тоне уже появилась неуверенность. Мое спокойствие его пугало. — Я жду ответа!

— Ты его получишь! Сядь, я сказала!..