Иллюзия бесследного исчезновения: почему находка в старом охотничьем зимовье заставила солдат вызвать спецназ
Потому что формально он не имел никакого отношения к маршруту пропавших братьев.
Их искали вдоль реки, а Ермаков всегда уходил в противоположную сторону. Никому тогда не пришло в голову соединить эти две точки. Никто даже не задался вопросом, а не свернули ли Волковы с тропы.
Но подполковник Рыбаков торопиться не стал и лично поехал к Ермакову. Тот был еще жив — в свои шестьдесят девять лет он всё так же обитал на отшибе. Только собаки у него давно не было, она умерла от старости.
Ермаков открыл дверь, мельком глянул на удостоверение и спокойно предложил пройти в дом выпить чая. Как вы думаете, так ведет себя человек, который долгих двадцать два года боялся этого визита? Рыбаков задал ему прямой вопрос: знал ли он пропавших братьев?
Ответ последовал незамедлительно: конечно, знал. Поселок был маленький, а Сергей и вовсе работал лесником, поэтому они часто пересекались. Ермаков назвал их нормальными мужиками и добавил, что ему жаль, что они пропали.
На вопрос о том, где он находился в середине октября девяносто седьмого года, Ермаков ответил привычно. Сказал, что был в лесу, один, на своем стандартном маршруте. Когда Рыбаков уточнил, заходил ли он в глухую зону, повисла небольшая пауза.
«Бывало, что и туда забредал. Лес-то большой», — ответил пенсионер. Рыбаков достал и показал ему фотографию найденных сапог. Ермаков лишь пожал плечами, заметив, что в таких сапогах ходит половина местных жителей.
На его лице не дрогнул ни единый мускул, не промелькнуло ни тени волнения. Либо этот старик действительно не имел отношения к делу, либо его нервы были сделаны из стального троса. Следственная группа уехала от него ни с чем.
Но Рыбаков всё же сделал важную пометку в своем блокноте. Он всегда делал записи от руки, так как совершенно не доверял компьютерам. Запись гласила: «Проверить связи Ермакова в 97-м. Кому он сбывал товар?».
И тут история сделала совершенно неожиданный поворот. Параллельно с допросами часть следственной группы продолжала работать в лесу. Они тщательно прочесывали местность вокруг старого кедра с помощью металлоискателей.
На второй день поисков, в полутора километрах от дерева, один из специалистов наткнулся на заросший овраг. Там обнаружилась весьма странная находка — старый ржавый нож. Это был не охотничий, а самый обычный кухонный нож с почерневшей от времени деревянной ручкой.
На его лезвии виднелись остатки чего-то темного. Возможно, это была простая ржавчина, а может быть, и нет. Находку немедленно отправили в лабораторию на экспертизу.
Ожидая результатов, Рыбаков снова погрузился в длинный список жителей Кедрового. Помимо Ермакова, там числился еще один весьма интересный человек. Его звали Виктор Зуев, и в год исчезновения братьев ему был тридцать один год.
Зуев работал егерем в охотхозяйстве и был непосредственным начальником пропавшего Сергея. По характеру он был полной противоположностью Ермакова — шумный, компанейский и веселый. Он любил выпить, обожал шумные застолья и пользовался успехом у женщин.
В поселке его прозвали «Витек душа нараспашку». На похоронах матери братьев Волковых он плакал навзрыд, совершенно искренними слезами. И вот этот самый Зуев в октябре девяносто седьмого года тоже находился в лесу.
Официально он совершал плановый обход вверенной ему территории. Однако вернулся он пятнадцатого октября — ровно на один день раньше, чем планировал изначально. В ту суматоху на это никто не обратил ни малейшего внимания.
Но двадцать два года спустя опытный глаз Рыбакова зацепился за эту деталь. Почему человек, чья работа напрямую связана с лесом, внезапно прерывает пятидневный обход? Зуев не был случайным туристом или заблудившимся грибником…
