Какую правду о свекрови узнала женщина, решив вернуться домой в самый разгар командировки

Жанна всё же заглянула в детскую. Ева лежала на боку, подложив ладошку под щеку. Губы слегка приоткрыты, ресницы подрагивают во сне. Жанна наклонилась, поцеловала теплую щеку и почувствовала, как свекровь берет её за локоть, настойчиво выводя из комнаты.

— Иди уже, иди. Две недели — не два года. Вернешься, еще нацелуешься.

В дверях Жанна обернулась, бросила последний взгляд на спящую дочь. Что-то неправильное было во всём этом: в спешке, в цепкой руке свекрови на локте, в слишком ранних сумерках за окном. Но чемодан уже стоял у лифта, такси ждало внизу. А в голове крутились цифры будущей зарплаты и условия китайского контракта. Две недели, всего две недели.

На стойке регистрации международных рейсов Жанна открыла сумку, чтобы достать паспорт, и похолодела. Бордовой обложки загранпаспорта не было. Она вывалила всё содержимое на стойку: помада, пауэрбанк, ежедневник, связка ключей. Но паспорта среди вещей не оказалось. В руках был обычный родной, в похожей бордовой обложке. Накануне вечером она положила загранпаспорт на комод рядом с флаконом духов. Планировала утром переложить в сумку. Но утром была такая спешка…

Жанна схватила телефон, набрала номер свекрови. Длинные гудки. Еще раз. И еще. Пять раз подряд. И ни разу Лидия Александровна не взяла трубку. Сорок пять минут назад она стояла в дверях, махала рукой вслед уходящей невестке. Сорок пять минут, не сорок пять часов. Она всегда держала телефон при себе, боялась пропустить звонок от сыновей. Почему она не отвечает?

Жанна набрала номер Егора и услышала равнодушный голос автоответчика: «Абонент находится вне зоны действия сети». На объекте в лесу связь только через спутник, а он наверняка еще спал после ночной смены.

Тревога сжала грудь, и это ощущение расползалось по всему телу с каждой секундой. Жанна бросила чемодан в камеру хранения, выскочила на улицу, замахала рукой первому же такси.

— Красный проспект, дом 147! Быстрее, пожалуйста! Заплачу вдвое!

Всю дорогу она не переставала набирать номер свекрови. Гудок за гудком — монотонные, безответные, отсчитывающие секунды до чего-то страшного.

В коридоре девятого этажа Жанна замерла у своей двери. Металлическая была закрыта, а вот деревянная за ней почему-то отошла, и в щель пробивалась полоска электрического света. Изнутри доносились звуки: визг отдираемого скотча, глухие удары, голоса. Она вставила ключ в замок, повернула и поняла, что дверь заблокирована изнутри на цепочку.

— 65 дюймов, новьё, за сотку уйдёт легко, — донёсся из квартиры хриплый мужской голос. — Код от сейфа знаете?..