Муж закрыл дверь перед женой и сыном, не зная, чья машина остановится у их дома

В этом доме было абсолютно все: золото, дорогой мрамор, новейшая техника. Не было только самого главного — простого человеческого тепла и сочувствия.

Анна долго не могла уснуть, ворочаясь на шелковых простынях. Константин работал в кабинете до двух часов ночи, его шаги за дверью звучали тяжело и мерно. Она вспоминала их жизнь три года назад, когда они были по-настоящему счастливы в крохотной съемной квартире на окраине.

— Как же большие деньги меняют людей. Превращают в камень, — едва слышно выдохнула Анна в звенящую пустоту спальни.

Сквозь приоткрытую дверь донесся резкий голос мужа из кабинета. Он все еще вел переговоры по телефону.

— В бизнесе нет места жалости и сантиментам. Лишние люди должны просто исчезнуть, если они мешают росту прибыли, — жестко произнес Константин в трубку, и в его голосе не было ни капли сомнения.

Анне стало по-настоящему не по себе от этого бездушного тона. Она еще не понимала, что маховик судьбы запущен, и очень скоро сама станет для него тем самым «лишним человеком», которого он так легко готов вычеркнуть из жизни.

Утро началось с привычного звона хрустальных подвесок на люстре от вибрации проезжающего под окнами трамвая. Анна стояла у плиты, помешивая ароматную кашу и тихо напевая под нос мотив старой песни о весне. На душе было странно легко, несмотря на ночные тревоги.

— Мамочка, доброе утро! Я сегодня сам заправил кровать! — радостно прокричал Артем, вбегая в кухню и крепко обнимая Анну.

— Ты мой золотой помощник, — с нежностью ответила Анна, целуя сына в макушку.

Константин вошел в столовую, застегивая запонки на белоснежной рубашке. Он выглядел собранным и холодным, как отшлифованный кусок стали.

— У меня сегодня три важные встречи, — сухо бросил Константин, проверяя уведомления в телефоне и даже не глядя на завтрак. — Я спешу, сделка века не ждет, — добавил он, когда Анна попыталась предложить ему кофе.

Анна взяла свою рабочую сумку, в которой лежала та самая папка с документами.

— Костя, я взяла твои вчерашние отчеты. Помогу тебе с отчетностью, проверю все свежим взглядом, — мягко произнесла Анна, надеясь на одобрение.

— Делай что хочешь, — равнодушно бросил он, быстро целуя ее в щеку на прощание.

Анна с улыбкой закрыла за ним дверь, совершенно не подозревая, что видит его в последний раз в качестве любящей жены.

В офисе планового отдела кипела работа. Анна сосредоточенно просматривала отчеты, ловко оперируя цифрами и графиками. Коллеги то и дело заглядывали к ней за советом.

— Аня, твоя точность просто поражает! Как тебе удается видеть ошибки там, где мы все пасуем? — с восхищением спросила коллега из соседнего отдела.

— Наверное, это просто привычка докапываться до самой сути, — скромно улыбнулась Анна в ответ.

В обеденный перерыв она снова подумала о Константине. Она планировала вечером, когда Артем ляжет спать, сесть вместе с мужем и спокойно разобрать все несостыковки в документах, которые нашла. В этот момент ее телефон завибрировал. Пришло сообщение от Миши: «Анна, операция мамы прошла успешно. Врачи говорят, что она поправится. Спасибо вам, вы наш ангел!»

— Слава Богу! — прошептала Анна, и слезы облегчения выступили на глазах.

Она чувствовала себя по-настоящему счастливой, предвкушая уютный вечер в кругу семьи.

Когда Анна открыла дверь квартиры, ее встретила гнетущая, почти осязаемая тишина. В прихожей было темно, лишь из гостиной падал тусклый свет. Константин стоял у окна, его спина казалась каменной.

— Костя, почему ты так рано? — удивленно спросила Анна, снимая пальто.

Он медленно обернулся. Его лицо было бледным, а глаза горели холодным ядовитым огнем. В руках он сжимал те самые документы, которые она утром забрала из дома.

— Где ты это взяла? — ледяным, дрожащим от ярости голосом спросил Константин.

— В твоем кабинете. Я же говорила утром, что хотела помочь с отчетностью, — растерянно проговорила Анна, чувствуя, как внутри все сжимается от плохого предчувствия.

— Помочь?! — Константин сорвался на крик, швырнув бумаги ей под ноги. — Ты украла секретную информацию из моей сумки в офисе, пока я был на совещании! Я нашел их в твоем рабочем столе!

Взревев, он сделал шаг к ней. Константин грубо схватил Анну за плечо и буквально затащил в кабинет, захлопнув дверь.

— Пусти, мне больно! Костя, что происходит? — вскрикнула Анна, пытаясь высвободиться.

— Я скажу тебе, что происходит. Это кража коммерческой тайны! — орал он. — Ты готовила документы для передачи моим конкурентам. Это промышленный шпионаж, Анна. Кому ты их продала?!

Продолжал он обвинения, от которых у Анны закружилась голова.

— Ты с ума сошел? Я твоя жена. Я просто увидела ошибки и хотела их исправить, — сквозь рыдания пыталась объяснить она.

— Хватит лгать. Я не верю ни единому твоему слову. Ты всегда была слишком расчетливой, — процедил он сквозь зубы, глядя на нее с глубоким отвращением.

На крики из детской выбежал напуганный Артем. Увидев плачущую мать и разъяренного отца, он бросился к Анне.

— Папа, не кричи на маму! Пожалуйста! — закричал мальчик, прижимаясь к ней и сотрясаясь от плача.

— Уйди в свою комнату, Артем. Сейчас же! — рявкнул Константин, даже не глядя на сына. — Это конец, Анна. Я подаю на развод. Завтра же юристы начнут процесс раздела имущества. Ты не получишь ни копейки!

Выкрикнул он, и в его голосе звучал окончательный приговор.

— Ты обвиняешь меня в предательстве, которого не было! Ты сам разрушаешь нашу жизнь! — в отчаянии крикнула Анна, закрывая собой сына.

В этот момент она впервые увидела в нем не любимого человека, а совершенно чужого, бездушного монстра, ослепленного паранойей. Константин распахнул входную дверь, и в квартиру ворвался ледяной сквозняк.

— Убирайся! Немедленно! Чтобы через пять минут тебя здесь не было! — приказал он холодным, безэмоциональным тоном.

— Дай мне хотя бы собрать вещи для ребенка! Дай взять зимнюю одежду! — взмолилась Анна, бросаясь к шкафу.

— Нет! Ты уходишь, в чем стоишь! Возьмешь только документы Артема!

Константин преградил ей путь, его лицо было неподвижным, как маска. Артем вцепился в подол материнского плаща, он ничего не понимал и только жалобно всхлипывал. Анна дрожащими руками схватила со столика телефон и папку с документами сына.

— Ты пожалеешь об этом, Константин. Бог тебе судья, — тихо произнесла она, выходя за порог.

На улице стоял 30-градусный мороз, и колючий снег тут же ударил им в лицо. Анна с сыном стояли на тротуаре у подъезда элитного дома. Артем дрожал всем телом, слезы замерзали на его щеках.

— Мама, почему папа закрыл дверь? Нам холодно, мама! — сквозь зубовный скрежет проговорил мальчик.

— Тише, маленький, тише! Сейчас я вызову машину!

Анна лихорадочно пыталась включить телефон. Экран мигнул и окончательно погас — аккумулятор сел от резкого холода…