«Мужу ни слова»: почему сотрудница ЗАГСа вызвала невесту на секретную встречу после свадьбы

Потом они поужинали вместе. И Виктория, сославшись на головную боль, быстро пошла спать. Но уснуть она смогла только под утро, провалившись в беспокойный сон.

Утром Олег проснулся раньше и уехал по делам. Виктория дождалась, пока за ним закроется дверь, быстро оделась и вызвала такси. Дамаскин ждал её у здания Следственного комитета.

— Готовы? — спросил он.

— Нет, — честно призналась Виктория. — Но другого выхода нет.

Они прошли через металлоискатель, поднялись на третий этаж. Дамаскин постучал в дверь кабинета с табличкой «Подполковник А.В. Харченко».

— Войдите, — раздалось изнутри.

Следователь Харченко оказался мужчиной лет пятидесяти с профессионально цепким взглядом. Седина на висках, морщины на лбу. Человек, повидавший многое.

— Игорь привёл гражданку? — спросил он, кивая Дамаскину.

— Виктория Андреевна Рязанцева. Дело, о котором я говорил.

Харченко указал на стулья перед столом.

— Садитесь. Рассказывайте.

Виктория начала с самого начала. Рассказала о звонке из ЗАГСа, о том, что узнала про существующий брак Олега, о пропавшей Маргарите. Говорила сбивчиво, путаясь в датах, но Харченко слушал внимательно, изредка задавая уточняющие вопросы.

Дамаскин положил на стол толстую папку с документами.

— Антон Викторович, вот всё, что мне удалось собрать. Документы БТИ, показания свидетелей, выписки из банков. Картина складывается однозначная.

Харченко открыл папку и начал изучать содержимое. Он читал медленно, тщательно, делая пометки на полях. Виктория сидела и терпеливо ждала. Каждая секунда тянулась вечность. Наконец следователь отложил последний документ и откинулся на спинку кресла.

— Ситуация действительно подозрительная. Исчезновение супруги, странное поведение мужа, строительные работы в подвале, срочная продажа дома по заниженной цене. Всё указывает на попытку сокрытия преступления.

— То есть вы возбудите дело? — спросила Виктория.

— Сначала нужно провести проверку по требованиям Уголовно-процессуального кодекса, — объяснил Харченко. — Это займёт несколько дней. Мне нужно опросить свидетелей, поднять архивы, запросить дополнительные документы. Если подтвердятся признаки преступления, я приму решение о вскрытии пола в подвале.

— Сколько времени это займёт?

— Неделя, максимум десять дней. Виктория Андреевна, вы должны понимать… Вы уверены, что хотите идти до конца?

Виктория посмотрела на него твёрдо.

— Уверена. Я должна знать правду.

Харченко кивнул.

— Хорошо. Тогда начинаем. Игорь, оставь все материалы у меня. Виктория Андреевна, я попрошу вас написать официальное заявление о предполагаемом преступлении. Подробно, со всеми деталями.

Виктория взяла ручку и лист бумаги. Писала долго, стараясь не упустить ни одной мелочи. Рассказала про звонок из ЗАГСа, про скрытый брак, про исчезновение Маргариты. Про то, как Олег никогда не говорил о своём прошлом и запрещал расспрашивать. Про странности в его поведении. Когда закончила, передала заявление Харченко. Он пробежался глазами по тексту и кивнул.

— Принято. Теперь у меня есть основания для проведения проверки. Я свяжусь с вами, как только будут результаты. А пока ведите себя естественно. Не показывайте мужу, что что-то не так.

Виктория и Дамаскин вышли из кабинета. На улице она почувствовала, как напряжение немного отпускает.

— Спасибо вам, Игорь Николаевич. За всё.

— Рано благодарить, — ответил Дамаскин. — Самое сложное впереди. Держитесь. И если что — звоните в любое время.

Они попрощались. Виктория поймала такси и поехала домой. По дороге позвонил Олег.

— Где ты? — голос был напряжённым.

— Еду домой. Была у нотариуса, оформляла документы по бизнесу.

— Почему не предупредила?

— Забыла. Прости.

Молчание на том конце. Потом Олег сказал:

— Хорошо. Увидимся дома.

Виктория положила трубку. Волнение не покидало её. Явно что-то заподозрил. Нужно быть осторожнее.

Следующие дни прошли в мучительном ожидании. Виктория старалась вести себя как обычно, но это давалось всё труднее. Олег наблюдал за ней пристально, задавал вопросы, проверял телефон. Несколько раз она ловила его взгляд — холодный, изучающий.

На пятый день позвонил Харченко.

— Виктория Андреевна, проверка завершена. Свидетели подтвердили показания. Документы соответствуют действительности. Я принял решение о проведении следственных действий. Послезавтра, в десять утра, мы вскроем пол в подвале дома, который принадлежал вашему мужу. Присутствовать не обязательно, но вы имеете право.

— Я буду, — сразу сказала Виктория.

— Тогда встречаемся на месте. Адрес я вышлю вам в сообщении.

Виктория опустила телефон. Послезавтра. Через два дня она узнает правду.

В назначенный день Виктория сказала Олегу, что уезжает в командировку на два дня. Он нахмурился, но возражать не стал. Она взяла небольшую сумку, села в такси и поехала в Раменское.

Дом, в котором пятнадцать лет назад жили Олег и Маргарита, оказался небольшим двухэтажным строением на тихой улице. Новый владелец, Николай Мухин, стоял у калитки и нервно курил. Рядом были припаркованы два служебных автомобиля Следственного комитета. Харченко вышел из дома, увидел Викторию и кивнул.

— Приехали. Сейчас начнём.

Внутри дома уже работала бригада. Специалисты в спецодежде готовили инструменты. Харченко провёл Викторию в дом. Там находилось помещение типа кладовки, из которой раньше был вход в подвал.

— Согласно документам БТИ пятнадцатилетней давности, здесь был обычный подвал, — объяснил следователь. — Потом ваш муж подал заявление о консервации. Пол был засыпан и залит толстым слоем бетона. Мы начнём вскрытие с центральной части.

Рабочие принесли отбойные молотки. Грохот наполнил помещение. Бетон крошился медленно, слой за слоем. Виктория стояла у стены и смотрела, как серая пыль поднимается в воздух. Прошёл час. Потом ещё один. Бетонная плита становилась всё тоньше. Наконец один из рабочих остановился и позвал Харченко.

— Антон Викторович, тут что-то есть…