«Зайдите к нему после полуночи»: странный совет няни открыл мне глаза на мужа

— Галя позвонила мне позавчера. Сказала, что Людмила Ивановна совсем обнаглела. Требует от сына всё больше денег. Грозится приехать сюда, если он не выполнит её условия. Галя боится, что всё кончится плохо. Может, вашему мужу станет так плохо, что он не будет с вами… — няня не договорила, но Марина поняла. — И тогда что будет с вами? С детьми? Я не могла больше молчать.

Марина встала, прошлась по кухне.

— Вера Петровна, расскажите мне всё, что знаете. Про страховку, про наследство, про то, как она всё организовала.

Няня кивнула.

— Галя рассказывала по частям. Людмила Ивановна планировала это давно. Несколько лет. У неё был старший брат, богатый человек, владел фабрикой. Бездетный. Людмила Ивановна знала, что брат завещал ей всё своё состояние. Но он был здоров, мог прожить ещё лет двадцать. Ей нужны были деньги сейчас. И она решила инсценировать смерть.

— Да. Оформила страховку на три миллиона. Подделала медицинские документы — там была история болезни сердца, якобы. Нашла врача, который за деньги выписал свидетельство о смерти. Тело в гробу… там никого не было. Гроб был пустой или с чем-то для веса. Дмитрий всё знал, всё организовал по её приказу. Закрытый гроб, быстрые похороны, минимум свидетелей.

Марина вспомнила те похороны. Как всё было быстро, буднично.

— После похорон Людмила Ивановна уехала, — продолжала Вера Петровна. — Сняла квартиру на чужое имя. Там её никто не знал. Она получила страховку, Дмитрий оформил всё как надо. Три миллиона перевели на счёт, который она контролировала. А через полгода умер ее брат. Инфаркт, настоящий. И тогда…

— Наследство, — договорила Марина.

— Да. Но она официально мертва. Не может получить наследство лично. Поэтому Дмитрий выступил как единственный наследник. Оформил всё на себя, а потом перевёл на подставные фирмы, которые контролирует Людмила Ивановна.

— Сколько было наследства?

— Галя говорила, что фабрика стоила около пятидесяти миллионов. Плюс квартира в столице, дача, машины. Всё это теперь принадлежит Людмиле Ивановне. Формально — через подставных лиц, но реально она всем управляет.

Марина опустилась на стул. Пятьдесят миллионов.

— А что с нашей квартирой? С практикой Дмитрия?

— Всё оформлено на фирмы Людмилы Ивановны. Ваша квартира куплена на подставную компанию. Практика вашего мужа тоже зарегистрирована не на него. Формально у вас с мужем ничего нет. Всё принадлежит ей.

Марина почувствовала, как земля уходит из-под ног.

— И Дмитрий всё это время работает на неё, — медленно проговорила она. — Переводит ей деньги, отчитывается. Она держит его на коротком поводке.

— Да, он несчастен, это видно. Но он не может выбраться. Она его мать, она всю жизнь контролировала его. Галя говорила, что Людмила Ивановна – жуткая женщина. Холодная, жестокая. Она не любит сына. Для неё он просто инструмент.

Марина встала, подошла к окну.

— Вера Петровна, ваша сестра могла бы помочь? Могла бы собрать доказательства?

Няня замялась.

— Она очень боится. Людмила Ивановна опасна.

— Я понимаю. Но если мы ничего не сделаем, это будет продолжаться вечно. Дмитрий сломается. Дети вырастут в атмосфере лжи. А я… — Марина обернулась. — Я не могу жить так дальше. Понимаете?

Вера Петровна медленно кивнула.

— Я попробую с ней поговорить.

— Спасибо. — Марина подошла, взяла няню за руку. — Спасибо, что решились мне сказать.

Марина вернулась на свое место, достала блокнот, ручку.

— Расскажите мне всё, что ещё знаете. Любые детали. Адрес квартиры, где она живёт, имена подставных фирм, счета. Всё, что может пригодиться.

Вера Петровна задумалась, потом начала говорить:

— Адрес квартиры: улица Садовая, дом 12, квартира 37. Имя, под которым Людмила Ивановна там живёт: Волкова Лидия Михайловна. Номера телефонов… Название двух подставных фирм… Есть ещё кое-что, — добавила Вера Петровна. — Галя говорила, что Людмила Ивановна хранит документы у себя в квартире. Копии страховых выплат, бумаги о наследстве, какие-то договоры. Всё лежит в сейфе в спальне.

— Сейф, — повторила Марина. — Значит, доказательства есть.

— Да. Но как их достать?

— Нужно, чтобы Галина сделала фотографию. Или видео. Может быть, записала разговоры Людмилы Ивановны с Дмитрием. Такие доказательства можно предъявить в полицию.

— Галя очень боится.

— Я понимаю. Но если она поможет, мы сможем её защитить. Когда откроется мошенничество, Людмила Ивановна пойдёт под суд. Она не сможет никому мстить из тюрьмы.

Вера Петровна кивнула.

— Я поговорю с Галей сегодня вечером.

— А я найду адвоката. Не из круга Дмитрия, кого-то независимого. Узнаю, как действовать правильно. И ещё мне нужен частный детектив.

Они ещё немного посидели, обсуждая детали. Потом Вера Петровна вернулась к детям. Марина осталась на кухне, глядя в свои записи. Она достала телефон, позвонила подруге Свете.

— Марина, привет. Как дела?

— Света, мне нужна помощь. Срочная. Можешь порекомендовать хорошего частного детектива?

— Детектива? У тебя что-то случилось?

— Расскажу позже. Сейчас мне просто нужен контакт.

Через минуту пришло сообщение с номером: «Андрей Громов».

Марина набрала номер.

— Громов слушает, — ответил мужской голос. Низкий, спокойный.

— Здравствуйте. Меня зовут Марина Волкова. Мне порекомендовали вас. У меня сложная ситуация. Мне нужна помощь.

— Понятно. Можем встретиться. Сегодня вечером вас устроит?