«Не отдавайте ее хирургам»: роковая ошибка элитных врачей, которую заметила простая уличная гадалка

Хирург брезгливо поморщился, словно отмахнулся от назойливой мухи.

«Лариса, давай обойдемся без этого лицемерного гуманизма. Мы живем в жестокой реальности, где выживает самый хитрый. Ты искренне веришь, что наши элитные коттеджи и иномарки куплены на мою официальную ставку? Если бы я был кристально честным, мы бы до сих пор гнили в той клоповнике на окраине».

«В этом бизнесе полно людей, готовых щедро платить за правильные бумаги. Стереть алкоголь из крови виновника ДТП, вписать нужную причину смерти, достать запрещенные препараты — всё это стоит огромных денег. В моей команде работают проверенные люди, которые за долю малую стряпают любые экспертизы.

Они все повязаны со мной кровью и компроматом, так что утечек не будет. Что касается девчонки — ее медицинская карта уже переписана так виртуозно, что ни одна комиссия не найдет следов преступления. Завтра я заберу ее в операционную на час раньше графика, чтобы богатенький папаша не успел задать лишних вопросов».

«Это все логично, — согласилась Лариса. — Я просто не могу поверить, что ты не испытываешь к ней жалости». «А кто, черт возьми, пожалеет меня?!» — сорвался на крик профессор. «Я тридцать лет гнул спину над этими окровавленными телами за копейки!

Мои научные труды никому не нужны, а перспективы в этой дыре равны нулю. Я вынужден спасать свою шкуру и будущее нашей дочери Насти. Эта пятилетняя соплячка стала случайной свидетельницей, и если она заговорит, мы все отправимся за решетку на долгие годы.

Медикаментозный сон не может длиться вечно, кто-нибудь обязательно приведет ее в чувство. Если следователи начнут проверять ее детский лепет, они быстро раскроют то, что мы с Настей провернули в прошлом году. Устранение ребенка — это наш единственный шанс выйти сухими из воды и завладеть состоянием этого наивного вдовца.

У него нет наследников, и если наша Настя наконец дотащит его до ЗАГСа, мы станем миллионерами». Лариса тяжело вздохнула: «Надеюсь, в этот раз она не облажается. Умна она у нас только на словах, а на деле — сплошное разочарование.

Целый год живет с ним под одной крышей и до сих пор не смогла забеременеть или хотя бы женить его на себе! Но ради таких активов стоит рискнуть. Хотя ее глупость поражает: обсуждать по телефону такие вещи, зная, что ребенок может быть рядом. Теперь из-за ее халатности тебе придется стать настоящим убийцей».

Запертая в тесной подсобке цыганка слушала этот чудовищный заговор, боясь сделать даже лишний вдох. До последнего момента она надеялась, что неправильно интерпретирует услышанное, что речь идет о каких-то метафорах. Но жестокая реальность не оставляла места для сомнений: уважаемый врач планировал хладнокровно зарезать малышку.

Именно в эту секунду тишину разорвал оглушительный звонок старенького телефона в кармане Розиного халата. Это старшая дочка решила отчитаться о возвращении с прогулки. Визгливая мелодия мгновенно выдала присутствие нежелательного свидетеля в кабинете.

Дверь подсобки резко распахнулась, явив испуганной уборщице разъяренного хозяина кабинета. Профессор Фомичев нависал над ней словно хищная птица, а его глаза за стеклами очков метали настоящие молнии. Рядом стояла его супруга — невысокая, седая дама в элегантном костюме цвета пыльной розы.

Взгляд этой женщины был настолько тяжелым и холодным, что у Розы душа ушла в пятки. Теперь она стала носительницей смертельно опасной тайны, и эти люди могли легко от нее избавиться. Перспектива оставить троих детей круглыми сиротами заставила ее мозг работать на предельных скоростях.

Писк мобильного не прекращался, и уборщица приняла единственно верное решение. Она спокойно сняла трубку и начала громко, с улыбкой тараторить на цыганском диалекте. Изображая абсолютную безмятежность, она закончила разговор и невинно посмотрела на застывшую пару…