Не просто туристы: кем оказалась пожилая пара, которой героиня помогла сменить колесо в Рождество

Пальцы теряли чувствительность, пока я откручивала одну гайку за другой, а вода стекала по моему лицу, смешиваясь с потом, несмотря на пронизывающий холод. А ветер продолжал сбивать меня с равновесия, и казалось, прошла вечность. Потребовалось почти полчаса чистого упорства, чтобы снять поврежденное колесо и надежно установить запасное. Пожилая пара стояла рядом, изо всех сил стараясь держать зонт надо мной, хотя порывы ветра не раз бесполезно выворачивали его. Их тонкие пальто промокли насквозь, и они выглядели такими уязвимыми там, на обочине дороги.

Когда машина наконец опустилась обратно на все четыре колеса, мужчина протянул дрожащую руку и представился как Федор Коваль, сказав, что его жену зовут Галина Коваль. В их голосе слышалась смесь усталости и глубокого облегчения; они слегка дрожали, когда повторяли, как благодарны, что кто-то действительно остановился. Мы замерли на мгновение, переводя дыхание среди воющего ветра, и они рассказали, как выехали из Киева тем утром. Они направлялись навестить давних друзей на побережье в Рождество, ожидая спокойной поездки, пока внезапный прокол не оставил их в беде. Я сказала им, что сама спешу домой, чтобы провести вечер с Пашей, представляя нашу маленькую елку и простой ужин, который нас ждет.

Разговор тек естественно, как маленький островок тепла в буре, касаясь праздничных планов и того, какой непредсказуемой может стать погода на этом участке степной трассы. Паша сначала оставался в машине, как я и настаивала ради его безопасности, но я видела, как он внимательно наблюдает через запотевшее окно. Он радостно помахал, когда Галина заметила его, и его маленькая ладонь прижалась к стеклу. Затем, без предупреждения, он отстегнулся и выскочил под дождь, сжимая сложенную бумагу, над которой работал раньше. Он подбежал прямо к Галине и гордо протянул ей листок — яркий рисунок фломастерами.

На нем была рождественская елка, украшенная игрушками, фигурки семьи под ней и его аккуратные буквы внизу: «Счастливого Рождества от Паши и мамы». Галина приняла подарок с такой заботой, бережно разворачивая влажные края, несмотря на мокрые перчатки. Она долго изучала цвета и формы, затем прижала рисунок к сердцу, и ее выражение смягчилось, говоря о многом без слов. Федор наклонился, чтобы полюбоваться рисунком, тепло рассмеялся, взъерошил мокрые волосы Паши и похвалил его за то, какой это продуманный и художественный подарок. Жест, казалось, глубоко тронул их, превратив трудный момент во что-то неожиданно нежное.

Они повернулись ко мне с новой настойчивостью, и Федор достал бумажник, предложив наличные на бензин или что-нибудь еще. Он предположил, что они могут отправить больше позже в качестве надлежащей благодарности, и Галина искренне согласилась. Ее голос был серьезным, когда она сказала, что доброта, подобная нашей, заслуживает признания в мире, где люди редко останавливаются. Но я твердо отказывалась каждый раз, мягко закрывая его бумажник и уверяя их, что это не нужно. В конце концов, было Рождество — время помогать без ожиданий, и видеть их в безопасности было достаточной наградой…