Неожиданная находка при реставрации: какую тайну скрывал фундамент старой колокольни

Громов заметно замялся, подыскивая слова.

— Буду с вами честен, я очень боюсь, что он может выкинуть какую-то глупость. Покончить с собой или… Я не знаю. До него дошло, что это абсолютный конец. Он совершенно непредсказуемый человек.

— Может, нужно немедленно…

Морозов не успел закончить свою мысль. Мобильный телефон Громова разорвал тишину резкой трелью. Офицер бросил взгляд на экран и побледнел как мертвец.

— Это Елена! — выдохнул он и поспешно нажал кнопку приема вызова. — Да? Что стряслось? Когда именно? Где Маша? Хорошо, понял. Не двигайся с места. Я лечу.

Он отшвырнул гаджет на панель и с ревом завел мощный двигатель джипа.

— Что случилось? — тревожно спросил рабочий.

— Мой отец.

Он без предупреждения заявился к нам домой. Схватил Машу, мою родную дочь. Наплел Елене, что хочет просто проехаться с любимой внучкой по городу. Это было больше часа назад. С тех пор его телефон находится вне зоны действия сети.

Тяжелая машина с визгом покрышек рванула с места. Они пулей летели по пустынным ночным улицам Верхнереченска.

Громов гнал как умалишенный, полностью игнорируя запрещающие сигналы светофоров и дорожные знаки. Его пальцы на рулевом колесе побелели от колоссального напряжения.

— Куда он мог ее увезти? — крикнул Алексей сквозь рев мотора.

— Без понятия. Возможно, на кладбище. Или в свою контору. Там находятся кремационные печи. Или…

Подполковник не стал озвучивать худший вариант, но Морозов понял всё без слов.

— Или в тот самый лес. Туда, где он жестоко расправлялся со своими жертвами.

— Звони ему еще раз, не прерывайся.

Громов вдавил кнопку на мультируле. Система набрала номер старика по громкой связи. В салоне раздались монотонные длинные гудки, но трубку никто не снимал.

— Твою мать! — полицейский в ярости ударил кулаком по клаксону. — Черт, черт, черт!

— Набери на кладбище. Там есть кто-то из охраны ночью?

— Там дежурит старик Михалыч.

Игорь лихорадочно набрал другой номер из записной книжки. Спустя пару гудков в динамиках раздался заспанный хриплый голос:

— Алло?

— Михалыч, это Игорь Громов. Мой отец к вам не заезжал?

— Геннадий Васильевич? Да нет, не было его. А что вообще стряслось?

— Слушай меня внимательно: если он появится, звони мне секунда в секунду. Это вопрос жизни и смерти.

— Понял, Игорек, понял.

Офицер сбросил вызов и скрипнул зубами.

— Значит, он не там. Остается контора или…

Внезапно в кармане Алексея завибрировал смартфон. На экране высветился незнакомый городской номер. Парень нажал кнопку приема.

— Морозов? — раздался старческий, но удивительно твердый голос. — Это Геннадий Громов.

Алексей физически ощутил, как по позвоночнику пробежал ледяной холод.

— Я прекрасно осведомлен, что вы сейчас катаетесь с моим непутевым сыном. Передайте ему трубку, немедленно.

— Откуда вы вообще…

— Передайте чертову трубку, или маленькая девочка серьезно пострадает.

Рабочий молча протянул аппарат Громову-младшему. Тот выхватил телефон, не отрывая воспаленного взгляда от ночной дороги.

— Отец, я слушаю.

— Игорек, сынок. — Голос маньяка в динамике зазвучал пугающе ласково. — Ты меня смертельно разочаровал. Собрался сдать легавым родного отца. И это после всего, что я для тебя в этой жизни сделал.

— Где моя Маша?