Непростая роль: зачем пожилой магнат выдал нищенку за свою внучку и как она изменила ход переговоров

— Я просто спросила… Я боялась, что сказала что-то не то, что вы рассердитесь. — Она подняла взгляд.

— Нет. Я благодарен тебе. Очень благодарен. Ты не просто спросила. Ты увидела то, что я чуть не пропустил. Если бы не ты, я бы подписал этот договор, и через несколько месяцев моя компания ушла бы к ним за копейки.

Он обнял ее за плечи. Девочка прижалась к нему, и он почувствовал, как она дрожит. От напряжения. От страха. От того, что впервые в жизни кто-то оценил ее слова. Они вышли из офиса и спустились на лифте. На улице было прохладно. Анатолий остановил такси, и они поехали в гостиницу. Всю дорогу он молчал, обдумывая произошедшее.

Лавровы оказались мошенниками. Они узнали о его болезни — скорее всего, через знакомых врачей или через утечку информации — и решили воспользоваться этим. Построили схему, по которой получили бы его компанию почти задаром. И чуть не преуспели. Но вмешалась Соня. Десятилетняя девочка, которую он подобрал в аэропорту из жалости. Она задала один простой вопрос, и вся схема рухнула.

Дома Анатолий включил чайник и заварил крепкий чай. Соня сидела на диване.

— Дедушка, а что теперь будет? — спросила она тихо.

— Не знаю. Найду другого покупателя. Или вообще откажусь от продажи.

— А если не найдете?

— Тогда компания останется мне. Может, передам управление кому-то из сотрудников. Пока не решил. — Климович пожал плечами.

— Вы очень устали сегодня. Вам нужно отдохнуть.

— Ты права, — усмехнулся он. — Я устал. Но это хорошая усталость. Я не совершил глупость благодаря тебе.

Девочка улыбнулась робко.

— Я рада, что смогла помочь.

Анатолий выпил чай и лег на кровать. Тело гудело от напряжения, голова раскалывалась. Но на душе было спокойно. Он принял правильное решение. Не поддался на манипуляции. Не отдал свое дело людям, которые хотели нажиться на его смерти. Он закрыл глаза и задремал. А когда проснулся, за окном уже смеркалось. Соня сидела в кресле с книгой. Она читала тихо, не шелестя страницами, чтобы не разбудить его.

— Который час? — спросил Климович.

— Восемь вечера. Вы спали три часа.

Он сел на кровати, потянулся. Голова болела меньше, но слабость осталась.

— Ты голодная?

— Немного.

— Тогда пойдем поужинаем. Заодно обсудим, что делать дальше.

Они пошли в ближайший небольшой ресторан, располагавшийся в пятнадцати минутах ходьбы. Анатолий заказал для себя легкий суп, для Сони — котлету с овощами. Девочка ела с удовольствием.

— Соня, я хочу поговорить с тобой серьезно, — начал Климович, когда они закончили ужин. — Ты помогла мне сегодня. Я обещал, что устрою тебя легально. И я сдержу обещание.

— Вы меня не бросите? — глаза девочки расширились.

— Нет. Но я не могу тебя удочерить сам. Понимаешь? У меня мало времени. Если я начну процедуру, то не успею ее закончить. А оставлять тебя в подвешенном состоянии я не хочу.

— Я понимаю, — Соня опустила взгляд.

— Поэтому я поступлю по-другому. Я найду тебе опекуна. Хорошего, проверенного человека. Оформлю все официально через органы опеки. И оплачу твое обучение в частной школе. Ты будешь жить в пансионе, учиться, расти. А когда вырастешь, получишь квартиру и деньги на образование. Я все пропишу в завещании.

Соня подняла на него глаза. В них блестели слезы, но она не плакала.

— Вы сделаете это для меня? Почему?