Он приехал на ржавом ведре. Реакция невесты заставила всех открыть широко глаза

Взгляд Марины с невыразимой, почти осязаемой печалью блуждал по бесконечным, пестрым шеренгам вешалок, плотно увешанных платьями, блузами и деловыми жакетами. В застоявшемся воздухе торгового зала висел характерный, тяжелый аромат фабричной ткани, химического антистатика и недорогих духов, от которого к концу смены немилосердно раскалывалась голова.

Неужели именно такова была цель ее рождения, ее истинное предназначение? Неужели ради этой минуты она годами упорно грызла гранит науки, сознательно лишая себя студенческих вечеринок и романтических встреч? Неужели вершина ее карьеры — это подбор фасонов для скучающих посетительниц, попытки натянуть узкие джинсы на неподходящие фигуры и бесконечное угождение капризным клиентам, многие из которых даже не утруждали себя приветствием?

Ведь в ее активе был престижный киевский университет, факультет дизайна и архитектуры, красные дипломы, ставшие предметом гордости родителей, и колоссальные, сияющие амбиции. В своих мечтах она видела себя хозяйкой светлого офиса с огромными панорамными окнами, создающей уникальные интерьеры для лучших ресторанов столицы, а вовсе не здесь, в душном помещении провинциального магазина. Казалось, злодейка-судьба решила с особым цинизмом посмеяться над ней, сбросив с небесных вершин грез на самое илистое дно серой, беспросветной обыденности.

От тягостных, вязких, словно расплавленная смола, размышлений девушку отвлек звонкий, переливчатый смех, раздавшийся неподалеку. Это ее молодая коллега Дарина, которая была лишь немного старше самой Марины, увлеченно беседовала с полной дамой почтенного возраста. Дарина, в отличие от Марины, ощущала себя в этой стихии совершенно естественно, словно рыба в воде. Она легко порхала между рядами одежды, напоминая экзотическую птичку, и, казалось, искренне обожала каждую вещь, представленную в этом зале.

Дарина с неподдельным жаром, активно жестикулируя, убеждала клиентку, что нежно-розовый оттенок, которого та так опасалась, вовсе не добавляет лишнего веса, как это принято считать в народе. «Всё зависит исключительно от правильного тона — вам необходим холодный, пудровый нюанс, — и, разумеется, от грамотного кроя», — щебетала она, прикладывая материю к лицу покупательницы. Женщина, еще минуту назад настроенная весьма скептически, уже с явным интересом разглядывала свое отражение в зеркале.

Марина тяжело вздохнула, поправила покосившийся бейдж с ненавистной надписью «Консультант» и заставила себя вернуться к своим прямым обязанностям. Перестраиваться на рабочий лад, надевать маску дежурной доброжелательности было невыносимо трудно, однако жизнь диктовала свои жесткие, бескомпромиссные условия. Окружающая действительность имела ничтожно мало общего с той волшебной сказкой, которую она сама себе нарисовала в своем богатом воображении.

А ведь еще каких-то полгода назад все заботы девушки ограничивались исключительно приятными хлопотами: поиском идеального купальника, способного выгодно подчеркнуть изгиб талии, и разработкой сложного маршрута для свадебного путешествия по побережью Италии. Все рухнуло в одно мгновение, с оглушительным грохотом рассыпалось в прах именно в тот день, когда должен был звучать торжественный марш. Та свадьба завершилась, по сути, так и не начавшись, оставив после себя лишь горечь разочарования, жгучий стыд и дымящиеся руины надежд.

Праздник был сорван громким, безобразным скандалом, хотя приглашенные гости, жаждавшие зрелищ и угощений, еще долго возмущались, толпясь у дверей ЗАГСа. Но самой невесте было совершенно не до праздничного застолья, да и о каком торжестве могла идти речь, когда жених не просто опаздывает, а фактически исчезает в самый ответственный момент, превращая день мечты в настоящий кошмар. Марина до сих пор с внутренним содроганием и ледяным холодом в желудке восстанавливала поминутную хронологию того солнечного, предательски ясного дня.

Все было подготовлено безупречно: цветочная арка, белоснежные чехлы на стульях, музыканты в парадных костюмах. Ничто не предвещало беды. До начала официальной церемонии оставались считанные минуты, ведущая — дама с высокой укладкой и поставленным голосом — уже в третий раз сверяла документы и нервно поглядывала на часы, а Дмитрия все не было. Обычно именно невесты позволяют себе капризы и заставляют всех волноваться, задерживаясь, но здесь жених держал в напряжении сотню человек, включая будущую жену, которую уже начинала охватывать паника…