Он врал мне в лицо, собираясь в ресторан. Я улыбнулась и мой ответный ход он запомнит навсегда

Какой развод? Из-за чего? Из-за того, что я хотел отметить день рождения с семьей?

— Из-за того, что я для тебя не семья, — тихо сказала Ирина. — Я поняла это, когда увидела эту бронь. Ты даже не подумал меня позвать. Даже не подумал. Потому что я для тебя — кошелек. Удобный, надежный. Всегда рядом, всегда открыт.

— Ирка, но это же глупости…

— Не Ирка. Ирина. И это не глупости. Это правда. Которую я наконец увидела.

Валентина Петровна опомнилась, шагнула вперед.

— Алеша, не позволяй ей так с тобой разговаривать. Ты мужчина, ты глава семьи.

— Какой он глава? — Ирина засмеялась. — Он даже не мог постоять за меня, когда вы меня обижали. Молчал, когда вы критиковали мою готовку, мою одежду, мою работу. Молчал, когда вы намекали, что я плохая жена, потому что детей нет. Молчал всегда. Потому что ему было удобно. Его мамочка довольна, сестрица довольна, жена деньги приносит — все счастливы.

— Ты сейчас пожалеешь об этих словах, — прошипела Оксана. — Ты останешься одна, никому не нужная.

— Лучше одна, чем с вами, — отрезала Ирина.

Она взяла со стула пальто, надела. Подняла сумку.

— Я ухожу. Развод будет через суд, если не захочешь подписать полюбовно. Документы на квартиру у адвоката. Связь со мной только через адвоката. Все.

Алексей преградил ей дорогу.

— Ты никуда не пойдешь. Мы сейчас поедем домой, и…

— Отойди, — Ирина посмотрела ему в глаза. — Отойди, пока я не позвала Светку. Она в курсе всего и ждет моего звонка. Если я не позвоню через десять минут, она едет в полицию.

— Ты блефуешь.

— Попробуй проверить.

Они стояли, глядя друг на друга. Двадцать лет вместе — и вот, чужие люди. Ирина видела в его глазах злость, непонимание, обиду. Но не любовь. Может, ее никогда и не было. Алексей отступил. Ирина прошла мимо него к двери. Обернулась на пороге.

— Кстати, бронь я отменила. Деньги вернулись на мою карту. Половину, правда, ресторан оставил за отмену. Но это ваши проблемы. Празднуйте здесь, если хотите. Дом мой, но я дарю вам этот вечер. Бесплатно.

Она вышла на крыльцо. Холодный вечерний воздух обжег лицо. Ирина глубоко вдохнула, спустилась по ступенькам. За спиной раздался вопль Валентины Петровны:

— Алеша, ты дашь ей так уйти?!

Но Алексей молчал. Ирина дошла до калитки, вышла на дорогу. Достала телефон, набрала номер такси. Оператор ответил быстро.

— Мне нужна машина в деревню Сосновка, к дому номер двенадцать. До города.

— Подадим через двадцать минут.

— Отлично.

Она прислонилась к забору, глядя на дом. В окнах горел свет. Силуэты внутри — родня Алексея — переговаривались, жестикулировали. Наверное, кричали, обсуждали, что делать. А ей было все равно. Она сделала то, что должна была сделать давным-давно. И на душе было легко. Не радостно, не грустно, просто легко. Как после долгой болезни.

Через двадцать минут подъехала машина. Ирина села на заднее сиденье, назвала адрес квартиры Светы.

— Поехали.

Машина тронулась. Деревня осталась позади, впереди замерцали огни города.

Света открыла дверь, едва Ирина нажала на звонок. Лицо подруги было встревоженным, глаза испуганно блестели.

— Ну что? Как все прошло?