Она думала, что просто кормит голодную бабушку. Деталь в ее пророчестве, заставившая весь офис онеметь
Самые обычные. Наталья, не обсуждая, зашла в аптеку рядом и купила то, что просили, спросив у фармацевта, чтобы не ошибиться. Когда они снова вышли на улицу, старушка взяла пакет обеими руками и сказала: «Ты добрая.
Не потому, что не понимаешь жизнь, а потому, что понимаешь и всё равно помогаешь. Это редкость». Наталья смутилась.
Ей не хотелось, чтобы её хвалили. «Как вас зовут?» — спросила она. «Марфа Андреевна», — ответила старушка и чуть наклонила голову.
«Запомни». Наталья кивнула. «Марфа Андреевна, только, пожалуйста, берегите себя и лучше не сидите тут в холод».
Старушка чуть улыбнулась. «Я тут не первый день и не потому, что мне нравится. Я тут потому, что вижу».
Наталья хотела спросить: «Что вы видите?» Но старушка уже наклонилась ближе, и голос её стал совсем тихим. «Завтра ты должна уволиться, но прежде сделай одну вещь».
Наталья застыла. Это прозвучало так, будто ей сказали: «Завтра будет пожар» или «Завтра не садись в автобус». Ни шутка и ни нравоучение, а предупреждение.
«Простите», — Наталья попыталась улыбнуться, чтобы разрядить обстановку. «Я только устроилась, у меня… у меня всё наладилось». «Наладилось?» — спокойно повторила Марфа Андреевна.
«Поэтому и опасно. Когда человеку хорошо, он расслабляется. А у тебя профессия такая, где расслабляться нельзя.
И ещё. Утром не подписывай ничего, пока не увидишь это сама». Наталья почувствовала, как по спине проходит холодок.
«Что именно?» «Увидеть». Марфа Андреевна посмотрела на неё внимательно и сказала совсем неожиданно:
«У тебя на левом запястье шрам от стекла. Ты его закрываешь часами или браслетом. И ты терпеть не можешь запах ландышей.
У тебя от него кружится голова. Поэтому ты никогда не покупаешь ландыши и не берёшь духи с ними. Это не все знают, верно?»
Наталья машинально коснулась запястья. «Шрам был, да, и про ландыши тоже правда. Это не угадать по лицу.
Это знали мама и одна близкая подруга, всё». «Откуда вы знаете?» — прошептала Наталья. «Я работала реставратором», — тихо сказала Марфа Андреевна.
«С церковной утварью, с иконами. Там глаза учатся видеть мелочи. А ещё жизнь учит видеть людей.
И тебя я вижу. Не спорь, доченька, просто сделай. Это защитит тебя.
Одна вещь, и потом уже думай, верить мне или нет». Наталья стояла, не в силах двинуться. «Что за вещь?»
