Она просто дала ему попить воды и уволилась. Тайна женщины, перевернувшей жизнь
Но про деньги детки не забывали. Все трое каждый месяц напоминали отцу, что им нужна сумма на жизнь. Михаил Викторович, вопреки своему грубому характеру, был щедрым и детей содержал, пока не заболел. Тут уже ему и самому нужны были деньги на лечение, да и дети уже выросли — сколько можно им помогать? После этого решения Михаил заметил, что телефон его замолчал, что никто из детей и внучат больше не звонит ему, чтобы узнать, как дела.
Так и вышло, что Михаил был ужасно богат, у него было всё, что необходимо для счастливой жизни. Но счастлив он никогда не был. Его никто не любил, даже жена и дети. Мужчина прекрасно понимал, что виной тому его дурной характер. Но исправить его Михаил не мог и не хотел. Принципиальность, твёрдость и некоторая жестокость — это качества, которые помогли ему не только сохранить состояние отца, но и приумножить его. Без подобных черт характера невозможно строить и вести бизнес.
Только у некоторых получается эти качества оставлять на работе и не приносить домой. Михаил Викторович этого сделать не сумел. Напротив, он считал, что так даже будет лучше. Его и самого воспитывали далеко не в нежности, поэтому и своих детей мужчина распускать не хотел. И в своём стремлении он немного перегнул палку. Уж в том, что дети его бросили, точно виноват только он сам. Так воспитал своих детишек, что они и знать о нём забыли.
Свою внутреннюю злость и неудовлетворённость жизнью Михаил Викторович с удовольствием, даже не скрываемым, вымещал на всех людях вокруг себя. Сначала это были подчинённые на работе, потом соседи или случайные прохожие, персонал в ресторанах или отелях. Теперь же на закате жизни Михаил Викторович срывался на медперсонал клиники. Но тут уже получалось даже не специально, а само по себе. Он просто уже стал таким человеком, который вечно всем недоволен и постоянно требует к себе внимания. Потому что всю жизнь получал то, что хотел. Магнат просто привык, что персонал улыбается, покорно опускает голову и выполняет все требования, даже если за спиной его ненавидят и желают зла.
Конечно, никто не поменял батарейки в кнопке, и к Михаилу Викторовичу заходили только по необходимости, а на все его недовольства отвечали злой ухмылкой. К удивлению даже для самого себя, Михаил Викторович не злился. Кажется, он уже чувствовал, что сил не остаётся и на это. Он понял, что никто к нему не придёт. Если состояние ухудшится, то доктора узнают это по датчикам и приборам, которые к нему подключены. Все остальные его зовы — это не больше, чем каприз. Мужчина смирился, понимая, что мучиться осталось недолго.
Многие чувствуют, когда приближается их конец. У Михаила Викторовича в ту ночь тоже было такое предчувствие. Валентина работала в ночную смену, ей они даже больше нравились. В клинике становилось тише, никакой суеты и беготни. Она проходила мимо той самой 206-й палаты и услышала, как за дверью что-то упало на пол и разбилось. Она снова постучала и приоткрыла дверь.
«Нужна помощь? Или снова дело не для санитарки?» — спросила тётя Валя по-доброму, без насмешки и упрёка.
«Я просто хотел попить воды. Руки совсем ослабли, не удержал стакан», — ответил Михаил. Он на намёк санитарки нисколько не обиделся.
Валентина приподняла вверх палец, таким образом давая понять, что скоро вернётся. Через несколько минут она в самом деле снова постучалась и вошла в палату. С собой женщина принесла швабру с тряпкой и термос с кружкой.
«Вода у вас есть, но я принесла кое-что получше», — сказала она и присела на стул возле койки.
Старик с интересом наблюдал за действиями санитарки. Она открыла термос и налила в кружку ароматный напиток. По палате разнёсся приятный запах трав и ягод.
«Люблю травяные сборы, от чая я плохо сплю, — рассказывала Валентина. — Я заметила, что и вы страдаете бессонницей. Каждый раз, когда я работаю в ночную смену, я слышу из вашей палаты стоны и какие-нибудь звуки».
«Да, кровать у меня очень шумная», — согласился старик.
Валентина встала с места и попросила старика немного приподняться. Она взбила ему подушку и положила прохладной стороной…
