Она просто дала ему попить воды и уволилась. Тайна женщины, перевернувшей жизнь
«Так будет получше», — прокомментировала своё действие она, а затем протянула напиток Михаилу.
Старик сделал глоток, и даже глаза его пошире раскрылись. Он чай санитарки похвалил и сделал ещё один глоток, уже побольше.
«Я сама собираю травы в лесу. Летом люблю прогуляться на свежем воздухе, — рассказывала Валентина. — Сяду на автобус до ближайшей деревни и еду. Люблю по дороге подумать о своём, понаблюдать за людьми. Как бы мне хотелось иметь домик за городом, хотя бы дачу, чтобы в отпуск уезжать туда. Но придётся это оставить лишь в мечтах».
«Отчего же? — поинтересовался Михаил Викторович, который давно уже ни с кем не разговаривал по душам. Даже до болезни он не вёл таких разговоров, ведь друзей у него не было. А что он мог обсуждать с партнёрами и бизнесменами? Только дела. Иногда перекидывались с коллегами интересными сплетнями, но не больше. Ему почему-то стало вдруг жалко Валентину. Почему её мечте не суждено исполниться? Потому что когда-то ей не повезло родиться в бедной семье. — Так вы можете выйти на пенсию, продать свою квартиру и жить в деревне. В своём доме и огород кормит, и хозяйство можно какое-никакое развести».
«Видно, что вы богатые, совсем от жизни оторванные», — улыбнулась и ответила ему Валентина. Она снова не вкладывала в свои слова никакой обиды или упрёка. Но то, что ей предлагал Михаил Викторович, было совсем непросто.
«Нет у меня квартиры, комната в общежитии, — ответила ему Валентина. — А до пенсии я ещё немного не доработала, да и какая она у меня будет, если я всю жизнь на минималку живу? Вам такие слова и не знакомы, наверное? Не суждено мне дачу заиметь, но я и не расстраиваюсь. Привыкла радоваться тому, что имею. Поверьте, я не считаю себя несчастной».
«А я так и не говорил, думаю, что вы гораздо счастливее меня», — произнёс Михаил Викторович и опустил голову.
К глазам отчего-то начали подступать слёзы. Он постарался сдержать их, не хотел выглядеть жалким. Но перед Валентиной ему не страшно было показать свою слабость. Мужчина почувствовал от неё тепло и доброту души. Старику даже захотелось поговорить с ней и узнать женщину поближе. Но ещё больше магнату хотелось поплакаться в её плечо. В Валентине было что-то такое успокаивающее. Она бы точно не проигнорировала его слова. Не посмеялась бы и не позлорадствовала.
«Чай у вас очень вкусный», — сказал Михаил, когда допил напиток. Валентина тут же налила ему ещё из термоса.
«Отчего же вы не ощущаете себя счастливым? — спросила она. — Я знаю, что родственники к вам не приходят, но что вам мешает позвонить детям, попросить прощения и помириться с ними?»
«Слишком много времени прошло, уверяю вас. Когда мой дух покинет тело, они быстро вспомнят обо мне и прибегут куда угодно».
Валентина и себе налила чаю. Она подпёрла рукой подбородок, показывая, что готова выслушать исповедь магната. Он её послание очень чётко считал.
«Больше всего я перед Дениской виноват, — начал говорить он. — Сейчас всё понимаю. Но надо было это ещё лет тридцать назад понять. Они все меня бросили, а дочь даже сказала, что рада моей болезни. Мол, это меня Бог наказывает за плохие дела».
«Он так не наказывает. Он вообще никогда нас не наказывает», — ответила Валентина и так по-особенному улыбнулась, что на душе у Михаила Викторовича стало тепло.
Он всегда считал свою болезнь наказанием за плохой характер, попортивший и ему, и его близким жизнь. За не всегда честные и добрые поступки. Но сейчас обычная санитарка открыла ему глаза. Михаил впервые задумался о себе и своей жизни. Впервые с того момента, как узнал свой диагноз, Михаил улыбнулся.
Санитарка и старик ещё долго разговаривали. Валентина рассуждала о том, как бы она жила, будь у неё столько денег, сколько у магната Михаила.
«Я бы помогала людям, — задумчиво протянула она. — Вот вы своими миллионами смогли себя спасти? Вы даже не смогли купить любовь детей и людей, вас окружающих. Хотя любовь и нельзя купить, но вы даже не пытались сделать что-то доброе. Я вас не осуждаю»…
