План бабушки: почему старушка завещала «любимым» детям дом, а «нелюбимой» внучке — матрас

— переспросил дядя. — Тот, на котором отец спал? Ему же лет семьдесят!

— Такова воля покойной, — нотариус пожал плечами.

Дядя Михаил фыркнул, а потом рассмеялся — коротко, лающим смехом.

— Ну, мать дает. Даже с того света с причудами. Алина, ты слышала? Тебе достался раритет.

— Зачем ей этот хлам? — брезгливо поморщилась Елена. — Там клопы, наверное. Михаил, мы же собирались заказывать контейнер для мусора. Пусть рабочие вынесут вместе со старой мебелью.

Алина почувствовала, как краска приливает к щекам. Ей было обидно не за себя, а за бабушку. Вера Павловна последние годы действительно была немного странной — могла забыть выключить газ или часами рассказывать одну и ту же историю, но она не была сумасшедшей.

— Я заберу, — тихо сказала Алина.

Все повернулись к ней.

— Алина, не будь дурой, — сказал дядя Михаил, в его голосе прозвучали нотки усталого снисхождения. — У тебя там в твоей коморке и так повернуться негде.

— Зачем тебе этот пылесборник? Если тебе нужен матрас, я тебе дам денег, купишь новый в магазине. Нормальный, ортопедический.

— Спасибо, дядя Михаил. Но я заберу. Бабушка же хотела.

Тётя Елена закатила глаза.

— Ох, Алина, вечно ты со своим символизмом. «Бабушка хотела». Бабушка хотела, чтобы мы все жили дружно, а сама перессорила нас с соседями из-за забора. Ладно, дело твое. Самовывоз, учти. Грузчиков я оплачивать не буду.

Они вышли из конторы, и ощущение пропасти между ними стало физически ощутимым. Дядя Михаил сел в свой большой черный внедорожник, тётя Елена вызвала такси «Комфорт плюс». Алина пошла на автобусную остановку, сжимая в кармане документ, подтверждающий её право на владение старым, грязным матрасом.

Почему бабушка так поступила? Это было похоже на насмешку. Или на последний урок: «Смотри, Аля, родня делит землю и деньги, а тебе — старая тряпка. Знай своё место». Но бабушка Вера любила её. Алина знала это точно.

Именно Алина проводила с ней все летние каникулы, пока мама устраивала личную жизнь, а дядя с тётей строили карьеры. Именно Алина слушала её истории, перебирала старые фотографии, училась печь пироги с капустой. Может быть, бабушка просто выжила из ума в самом конце?

Прошло три дня. Матрас продолжал лежать посреди мастерской, как немой укор. Алина пыталась работать. Ей нужно было закончить кресло для капризного клиента. Антикварное вольтеровское кресло, девятнадцатый век, бархат. Работа тонкая, требующая терпения. Но дело не шло….