Почему муж чуть не закричал, увидев, что жена делает в спальне

Она приложила палец к губам: «Тише». Затем наклонилась еще ближе и прошептала прямо ему в ухо:

— Не стоит вам сегодня спать, иначе завтра вы не проснетесь.

И, не дожидаясь ответа, бесшумно вышла из комнаты. Андрей сел на диване, ошарашенный. Что это было? Бред? Старушка сошла с ума? Андрей лег обратно, но сон пропал. Слова Зинаиды Матвеевны крутились в голове: «Иначе завтра вы не проснетесь». Что за чушь? Может, у старушки началась деменция? Или это какая-то метафора?

Он пролежал так минут двадцать, пытаясь убедить себя, что все нормально. Но тревога не отпускала. И тут он услышал шаги. Тихие, осторожные. Кто-то вышел из спальни. Андрей приоткрыл глаза.

Кристина.

Она босиком, в халате, крадется по коридору. Куда она идет? Он подождал несколько секунд, затем бесшумно встал и последовал за ней. Кристина прошла в ванную комнату в конце коридора и прикрыла дверь, но не закрыла до конца. Андрей подкрался ближе, прижался к стене. Из-за двери доносился приглушенный голос жены. Она говорила по телефону.

— Да, я говорю, именно этой ночью. Завтра он едет в командировку, понимаешь? По дороге может разное случиться.

Андрей замер. Кровь отхлынула от лица.

— Тормоза нужно испортить сегодня, — продолжала Кристина тихо, но отчетливо. — Иначе не успеем. Он выезжает рано утром, около семи. На трассе… Ну, ты понимаешь. Главное, чтобы выглядело как несчастный случай.

Пауза.

— Нет, он ничего не подозревает. Спит как убитый. Глеб, я серьезно, это наш шанс. Дом останется мне, страховка тоже. И мы сможем быть вместе.

Еще пауза. Потом смешок.

— Ты думаешь, мне не страшно? Конечно, страшно. Но я уже решила. Ты обещал, что будет все чисто. Что никто не узнает.

Андрей прислонился к стене, чувствуя, как подкашиваются ноги. Его собственная жена. Его Кристина. Та, с которой он прожил 17 лет. Мать его дочери. Она обсуждает его убийство. Тормоза. Командировка. «Разное может случиться».

Кристина еще что-то говорила в трубку, но Андрей уже не слушал. Он медленно попятился в темноту коридора, вернулся, сел на диван. Это невозможно. Это бред. Это сон. Но нет. Это реальность.

Зинаида Матвеевна знала. Она каким-то образом узнала. И предупредила его.

Через несколько минут Кристина вернулась. Легла на кровать в спальне, словно ничего не произошло. Андрей лежал неподвижно, глядя в потолок. В голове проносились обрывки мыслей. Глеб — кто это? Любовник? Сообщник? Как долго это продолжается? Почему он не замечал?

И главное — что делать? Бежать? Куда? К кому? В полицию? С чем? С рассказом о подслушанном разговоре? Никаких доказательств. Его сочтут параноиком. Молчать? Уехать в командировку и рисковать жизнью? Нет. Нужно действовать. Но осторожно.

Он вспомнил слова Зинаиды Матвеевны: «Иначе завтра вы не проснетесь». Она спасла ему жизнь, просто предупредив.

Андрей медленно выдохнул. Хорошо. Значит, завтра утром он сделает вид, что ничего не произошло. Скажет, что командировка отменилась. Выиграет время. Найдет способ защититься. И узнает правду. Всю правду. Потому что, если Кристина способна на такое, значит, он вообще не знал, с кем жил все эти годы.

Рассвет пришел медленно. Андрей так и не сомкнул глаз. Он лежал и пытался понять, когда все началось. Когда Кристина перестала быть той женщиной, которую он любил? Или она никогда ею не была?

Год назад она заговорила о разводе. Тогда это прозвучало внезапно, как удар под дых. Они сидели на кухне, она пила кофе и вдруг произнесла:

— Андрей, нам нужно поговорить. Я хочу развестись.

Он опешил. Спросил почему. Она пожала плечами:

— Мне скучно. Я устала. Хочу жить по-другому.

Потом добавила, что дочь останется с ней, что дом они разделят, что она имеет право на половину. Андрей тогда взмолился. Умолял не рушить семью. Обещал измениться, проводить больше времени дома, меньше работать.

Кристина слушала молча, потом кивнула:

— Хорошо. Попробуем еще раз.

Он обрадовался. Решил, что все наладится. Старался быть внимательнее, чаще бывать с дочерью, дарил жене цветы. Но что-то в Кристине изменилось. Она стала холоднее, отстраненнее. Чаще уходила из дома: в спортзал, к подругам, за покупками. Андрей не вмешивался. Думал, что ей просто нужно пространство.

Теперь он понимал: все это время она готовилась. Готовилась к тому, чтобы уйти. Но не просто уйти — забрать все. И для этого он должен был исчезнуть. Он вспомнил, как Кристина упоминала в разговоре дом. Она была неправа: дом построен на его деньги еще до брака. При разводе она получила бы разве что половину совместно нажитого имущества. Но не имела никаких прав на дом. Но если он умрет, тогда все перейдет к ней и дочери. Страховка. Наследство. Все.

А она выйдет замуж за этого Глеба. Заживет новой жизнью. С его деньгами.

Нет. Этого не случится.

Он дождался, когда за окном посветлело небо. Шесть утра. Кристина все еще спала. Андрей встал, оделся, вышел из гостиной. В коридоре столкнулся с Зинаидой Матвеевной. Она уже была одета, стояла у окна и смотрела на улицу.

— Зинаида Матвеевна, — позвал он тихо.

Она обернулась. Глаза ее были полны беспокойства.

— Вы? Вы в порядке? — выдохнула она.

— Благодаря вам.

Андрей подошел ближе.

— Откуда вы знали?

Старушка помолчала, потом ответила:

— Я слышала разговор. Вчера днем. Кристина Андреевна говорила по телефону в саду. Думала, что я в доме. Но я выходила за бельем. Услышала обрывки. Про тормоза, про командировку… Я не сразу поняла. Потом сложила все вместе.

— Почему вы не сказали мне раньше?

— Я боялась ошибиться. Боялась, что меня неправильно поймут. Что вы мне не поверите. Поэтому решила хотя бы предупредить.

Андрей кивнул. Он понимал. В такое трудно поверить, даже услышав своими ушами.

— Спасибо, — сказал он искренне. — Вы спасли мне жизнь.

— Что вы будете делать?