Почему муж побледнел, услышав ответ жены на новость о его уходе к молодой

Ты же никогда не отказывал. А Марина… она просто переводила мне на карту. Я думала, это ты ей даешь.

— Я переводила, Витя, — кивнула Марина, — со своих подработок. Я брала ночные смены на переводах технических текстов, пока ты спал, чтобы твою маму коллекторы не долбили. Но с сегодняшнего дня лавочка закрыта. Я ухожу. Значит, кредит платишь ты.

Виктор беззвучно открывал и закрывал рот, как рыба, выброшенная на лед.

— Двадцать две тысячи, — Марина записала цифру. — Двадцать две тысячи.

Тут вмешалась Жанна. Она чувствовала, что корабль тонет, и паника охватила ее.

— Вить, подожди, — взвизгнула она, — а мои курсы, а фитнес? Ты же сказал, что оплатишь годовой абонемент завтра. Я уже с тренером договорилась!

Марина рассмеялась. Это был короткий, сухой смешок.

— Жанна, твоему брату сейчас не до твоего фитнеса. Ему бы штаны поддержать.

— Витя! — Жанна вскочила. — Ты обещал! Ты мужик или кто?

Виктор закрыл лицо руками.

— Заткнись, Жанна, — глухо прорычал он. — Просто заткнись.

Марина продолжила добивать.

— Коммуналка за эту квартиру, Витя. Зима близко, отопление включили. Десять тысяч, плюс интернет, плюс консьерж. Двенадцать тысяч. Ты же собственник, квитанция на твое имя. Не заплатишь — отключат свет. А твоя новая пассия Алиса, судя по твоим рассказам, вряд ли захочет сидеть при свечах в холодной квартире. Она любит комфорт.

Марина записала.

— Двенадцать тысяч.

Виктор смотрел на листок бумаги. Цифры плясали перед глазами, складываясь в жуткий узор его краха.

— Давай подведем итог, — Марина подчеркнула столбик жирной чертой. — Пятьдесят две тысячи — ипотека. Двадцать восемь тысяч — машина. Двадцать две тысячи — мамина баня. Двенадцать тысяч — квартира.

Она быстро посчитала в уме, хотя знала эту сумму наизусть.

— Итого — сто четырнадцать тысяч обязательных платежей. Прямо завтра. Вынь да положь.

— Сто четырнадцать… — эхом повторил Виктор. Голос его сел.

— У тебя есть сто восемьдесят. Вычитаем. Остается… — она сделала паузу, — шестьдесят шесть тысяч.

Виктор поднял голову. В его глазах мелькнула слабая искра надежды.

— Ну вот! — воскликнул он, хватаясь за соломинку. — Шестьдесят шесть тысяч — это нормальные деньги. Проживу. Алиса поймет. Мы просто… мы не полетим бизнес-классом. Мы скромно.

— Алиса? — переспросила Марина с деланным удивлением. — Ах да, Алиса, Бали. Ты же купил билеты и оплатил отель?