Почему триумфальный приезд закончился скандалом на всю улицу

Ты сказал, что она тебя любит. Ты сказал, что ты хозяин в доме. Мам, я… Виталик попытался оправдаться, но аргументов не было.

Денег не было. Квартиры не было. Ты ноль, Виталик! Резюмировала мать.

Пустое место! Просрал квартиру! Просрал бабу с деньгами! И нас по миру пустил!

Она пнула ногой один из черных мешков. Мешок порвался, и оттуда вывалился геймпад от приставки, сиротливо повиснув на проводе. И что нам теперь делать? Заныла Галя.

Поезд в Полтаву только в шесть утра. Мы что, на вокзале сидеть будем? Как бомжи! Как бомжи!

Подтвердил Виталик, глядя на свою разодранную жизнь, валяющуюся на грязном кафеле. Потому что денег на гостиницу у меня нет. Карта заблокирована. Наличку я таксисту отдал.

Он осел на пол, прислонившись спиной к холодной стене рядом с мусоропроводом. Ираида Степановна посмотрела на сына. В ее взгляде не было жалости. Только холодный расчет.

Как теперь везти все это барахло обратно, и сколько будет стоить такси до вокзала? Вставай! Скомандовала она. Бери мешки.

Свои. Поедем на вокзал. Будешь там сидеть и охранять вещи, пока мы спать будем. Отрабатывать будешь?

Полторы тысячи мои! Она подхватила свои сумки. А за золотое тиснение я тебе дома устрою, пообещала она. Дома, в Полтаве, в твоей комнате.

Там как раз обои отклеились. Диана поставила пустой бокал на столик. Она встала, потянулась, чувствуя, как хрустят позвонки, освобождаясь от груза ответственности. За окном взошла луна, освещая сосны серебристым светом.

Где-то там, в городе, четыре человека тащили тяжелые сумки к метро, проклиная все на свете. Они тащили с собой свои обиды, свои претензии и свое пещерное потребительство. Но они тащили это прочь от нее.

Она проверила баланс счета: аренда за два месяца плюс залог плюс шестьдесят тысяч из тайника Виталика. Итого более ста тысяч чистой прибыли за один день. Не считая сэкономленных нервов и сохраненного ремонта.

Диана улыбнулась своему отражению в темном стекле. Мягкая сила оказалась самой разрушительной. Она не кричала. Она не дралась.

Она просто позвала профессионалов и закрыла дверь. Иногда, чтобы стать счастливой, нужно просто вовремя сменить замки. Жашков, тихо повторила она, пробуя слово на вкус.

Прекрасный город. Надо будет как-нибудь съездить. Но не сейчас. Она погасила свет и легла в огромную, прохладную, безупречно белую постель, которая принадлежала только ей.

В эту ночь ей не снились кошмары про свекровь. Ей снился шум прибоя и звон монет. А на тумбочке, рядом с телефоном, лежала связка старых ключей, которые больше никогда и ничего не откроют.

Справедливость восторжествовала. И у этой справедливости был вкус дорогого просекко и запах криворожской стали.