Почему вернувшийся от свекрови муж вдруг передумал нас прощать

Второй удар пришелся точно по груди. Зинаида Корнеевна орудовала тряпкой с грацией опытного фехтовальщика. «Я тебе дам старую!

Я тебе дам простить! Я тут полчаса эту плитку драила, чтоб ты полиуретаном своим наследил!» — приговаривала она, наступая на ослепшего от мыла зятя. Илья попытался сделать шаг назад, но он забыл главное правило мокрых полов.

Гладкая терракотовая плитка, щедро смоченная мыльным средством, обеспечила нулевое сцепление с подошвой. Левая нога Ильи стремительно поехала вперед. Правая заплясала в воздухе, пытаясь найти опору.

Руки замелькали, как лопасти ветряной мельницы во время урагана. «Ва!» — выдал он, теряя равновесие. Он рухнул на спину, звучно шлепнувшись о пол, и по инерции покатился.

Ступеньки веранды оказались слишком близко. С глухим стуком Илья преодолел три ступеньки, кубарем скатившись на садовую дорожку прямо в куст декоративного шиповника. Колючки гостеприимно приняли его в свои объятия, порвав капюшон толстовки.

Зинаида Корнеевна спустилась на одну ступеньку, угрожающе потрясая мокрой тряпкой. Вода капала с нее на бетон. «И чтоб духу твоего здесь не было, благодетель недоделанный!» — гаркнула она так, что сосед дядя Паша выронил молоток из-за забора и восхищенно крякнул.

«Еще раз калитку тронешь, я тебя из шланга напором смою к чертовой матери! Иди, жди, пока тебе кто-нибудь другой на стол накроет!» Илья барахтался в кустах, пытаясь выпутаться из шиповника.

Его лицо пылало от удара. Волосы слиплись в мыльную корку. Он бросил затравленный взгляд на веранду, надеясь найти поддержку хотя бы у жены..