Роды в подворотне: какая страшная правда раскрылась после случайной встречи под мостом

— Часто, — Галина кивнула. — Это была самая странная ночь в моей жизни. Я жила под мостом, считала, что жизнь кончена. Что я никому не нужна. А потом появились вы. И все изменилось за несколько часов.

— Для меня тоже. Я бежала, не зная куда. Рожала в страхе и одиночестве. Думала, что умру там, под мостом. А вы спасли меня. Спасли нас обоих.

— Мы спасли друг друга. — Галина улыбнулась. — Ты дала мне цель. Смысл. Я поняла, кто я такая. Я поняла, что еще могу быть полезной. Что моя жизнь не закончилась. Что я могу помогать людям. Мои знания, мой опыт — они все еще нужны.

Виктория взяла ее за руку.

— Вы для меня больше, чем няня. Вы друг. Человек, которому я доверяю безоговорочно. Единственный человек, кроме отца, который не предал меня.

Галина сжала ее пальцы. Слова благодарности всегда смущали ее, но сейчас она чувствовала тепло. Настоящее, искреннее.

Прошло полгода. Компания Астафьева стабилизировалась под управлением Виктории. Деньги возвращались, бизнес рос. Виктория вернулась к полноценной жизни. Работала, растила сына, строила планы. Замуж больше не выходила, не хотела рисковать. Артем был ее главным приоритетом.

Мальчика крестили в небольшой церкви тихим сентябрьским днем. Виктория попросила Галину стать крестной матерью.

— Вы дали ему жизнь в ту ночь, — сказала она твердо. — Кто, как не вы, должен быть его крестной?

Церемония была скромной. Носов стал крестным отцом. Священник окунул Артема в купель, мальчик заплакал, потом успокоился на руках у Галины. Она держала его, чувствуя невероятную ответственность и одновременно счастье. После крестин их отношения с Викторией стали еще ближе. Они были не просто работодателем и няней, они были семьей. Артем рос здоровым, жизнерадостным ребенком. Не знал о трагедии, которая предшествовала его рождению. Не знал, что его отец сидит в тюрьме за убийство деда. Виктория решила: он узнает правду, когда вырастет. Когда сможет понять и осмыслить.

Галина была рядом каждый день. Кормила его, укладывала спать, учила первым словам. Мальчик называл ее «баба Галя» и тянулся к ней с той же любовью, что и к матери. Виктория не ревновала, радовалась, что у сына есть еще один близкий человек.

Суд над Ильей Романовым и Константином Метельским прошел через три месяца после ареста. Заседания длились две недели. Прокурор представлял доказательства методично, шаг за шагом выстраивая картину преступления. Телефонные распечатки показывали связь между Романовым и Метельским. Финансовые документы подтверждали переводы денег. Свидетели описывали их встречу в кафе. Камеры наблюдения зафиксировали машину Метельского рядом с домом Астафьева в ночь убийства. Экспертиза установила, что найденная монтировка – орудие преступления.

Метельский признал вину полностью. Подтвердил все детали на суде. Рассказал о встрече с Романовым, о договоренности, о том, как проник в дом и убил Астафьева. Его показания были четкими, последовательными, не противоречили ни одному доказательству.

Илья продолжал отрицать. Утверждал, что никогда не давал указаний убивать тестя, что звонки Метельскому были по другим вопросам, что деньги переводил за якобы оказанные услуги. Но его версия рассыпалась под напором доказательств. Адвокаты пытались оспаривать показания Метельского, называли их недостоверными. Прокурор парировал каждый довод..

Галина присутствовала на нескольких заседаниях как свидетель. Давала показания о той ночи под мостом, о состоянии Виктории, о ее словах про угрозы мужа. Суд внимательно выслушал ее. Илья смотрел на нее с холодным презрением, но Галина не отводила взгляд. Она не боялась его больше.

Приговор огласили в пятницу, в конце октября. Зал суда был полон журналистов, коллег Астафьева, просто любопытных. Судья зачитала приговор ровным, бесстрастным голосом.

Константин Метельский признан виновным в убийстве по найму. Приговаривается к 18 годам лишения свободы в колонии строгого режима. Метельский принял приговор спокойно. Кивнул, опустил голову. Он знал, что получит срок. Надеялся только на смягчение за сотрудничество со следствием.

Илья Романов признан виновным в организации убийства, мошенничестве в особо крупном размере, подделке документов. Приговаривается к 25 годам лишения свободы в колонии строгого режима. Илья побледнел. Его адвокаты переглянулись. Они ожидали сурового приговора, но надеялись на меньший срок.

Романова увели. Он шел, не оглядываясь. Человек, который хотел контролировать миллионы, теперь потерял контроль над собственной жизнью.

Виктория выдохнула.

— Спасибо, — сказала она тихо адвокату. — За все, что вы сделали.

— Не мне, — Носов повторил слова, сказанные месяцы назад. — Галине Федоровне.

Без нее ничего бы не было. Виктория понимала. Кошмар закончился. Илья получил по заслугам. Отец отомщен. Она свободна. По-настоящему свободна…