Роковая годовщина: почему записка от официантки заставила Катю бежать из ресторана, не дождавшись мужа

— Какую?

Катя задумалась.

— Ты спасла меня, спасла других — тех женщин, которых он мог бы убить. Это ведь тоже путь — помогать другим.

Марина долго молчала, глядя в окно.

— Может быть, — сказала она наконец. — Может быть, ты права.

Через месяц Марина устроилась волонтёром в Центр помощи жертвам домашнего насилия. Сначала просто отвечала на звонки, помогала с документами, потом стала встречаться с женщинами лично, разговаривать, поддерживать, объяснять их права.

— Это странно, — рассказывала она Кате, — когда я слушаю их истории, я вижу себя, вижу Инну и понимаю: мы все так похожи. Все верили, все любили, все были обмануты.

— И что ты чувствуешь?

— Злость. Но уже не бессильную, а продуктивную. Я знаю, что могу помочь, и помогаю. Каждый день, хоть немного, но помогаю.

Катя обняла её.

— Инна гордилась бы тобой.

— Надеюсь.

На работе Марина познакомилась с Павлом, тихим программистом, который пришёл в Центр чинить компьютеры и остался волонтёром. Он был полной противоположностью того типа мужчин, которых Марина знала раньше. Неловкий, застенчивый, не умеющий красиво говорить, но невероятно добрый.

— Он приносит мне кофе каждое утро, — рассказывала Марина с удивлением в голосе. — Просто так, без повода. И улыбается этой своей нелепой улыбкой.

— Тебе он нравится, — констатировала Катя.

— Не знаю. Может быть… Я… Я боюсь.

— Чего?

— Снова довериться. Снова открыться. После всего…

Катя взяла её за руку.

— Я понимаю. Правда понимаю. Но знаешь что? Не все мужчины монстры. Есть и хорошие. Просто нужно дать им шанс.

— Как ты дала Андрею?

— Да. Как я дала Андрею.

Марина и Павел начали встречаться. Осторожно. Медленно. Прогулки в парке, кино, кафе. Никакого давления. Никаких ожиданий.

— Он не торопит, — говорила Марина. — Вообще. Я сказала ему, что у меня сложное прошлое. Он только кивнул и сказал: «Расскажешь, когда будешь готова».

— Хороший знак.

— Да. Очень хороший.

Между тем отношения Кати и Андрея углублялись. Они знали друг о друге почти всё. Он рассказал ей о неудачном браке в молодости, о работе, которая съедала его годами, о страхе никогда не найти настоящую любовь. Она рассказала ему о детских мечтах, о родителях, о том, какой хотела видеть свою жизнь.

— Ты всё ещё хочешь детей? — спросил он однажды.

— Да. А ты?

— Всегда хотел. Но боялся. Боялся, что из меня выйдет плохой отец. Что я буду слишком занят работой, как мой отец.

— А теперь?

Он помолчал.

— Теперь хочу с тобой. Хочу научиться быть хорошим отцом. Хочу попробовать.

Однажды вечером Андрей пришёл домой раньше обычного.

— У меня для тебя кое-что, — сказал он, загадочно улыбаясь.

— Что?

Вместо ответа он достал из кармана конверт. Внутри были два билета на самолёт.

— Париж, — прочитала Катя. — Через неделю. На десять дней. Ты говорила, что всегда мечтала побывать. Вот.

Она смотрела на билеты, не в силах поверить.

— Андрей, это же безумно дорого.

— Неважно. Ты заслужила. Мы оба заслужили.

Она бросилась ему на шею.

— Спасибо. Спасибо. Спасибо. Спасибо.

Париж оказался всем, о чём она мечтала. И даже больше. Они бродили по улочкам Монмартра, завтракали круассанами в крошечных кафе, поднимались на Эйфелеву башню. Катя фотографировала всё подряд — фонари, витрины, голубей на площадях.

— Ты как ребёнок, — смеялся Андрей.

— Я и есть ребёнок. Ребёнок, который наконец-то получил то, о чём мечтал.

Вечерами они гуляли вдоль Сены, держась за руки. Огни отражались в воде, создавая волшебную картину.

— Я счастлива, — сказала Катя однажды. — По-настоящему счастлива. Впервые за очень долгое время.

Андрей остановился, повернул её к себе.

— Я тоже. И хочу, чтобы это никогда не кончалось. — Он опустился на одно колено, прямо там, на набережной, под мягким светом фонарей. — Катя, я люблю тебя. Ты — моя судьба, моё счастье, мой дом. Выходи за меня.

Он открыл коробочку. Кольцо с бриллиантом сверкнуло в ночи. Катя смотрела на него, на этого невероятного человека, который появился в самый тёмный момент её жизни и стал светом.

— Да, — сказала она. — Тысячу раз да.

Они вернулись домой помолвленными. Лена, узнав новость, визжала в телефон так громко, что Катя отодвинула трубку от уха.

— Я знала! Знала, что так будет! Он же смотрел на тебя такими глазами!

— Какими глазами?

— Влюблёнными, дурочка. Это же было очевидно с первого дня.

Марина отреагировала спокойнее, просто обняла и сказала:

— Я так за тебя рада. Ты заслужила.

— Мы обе заслужили. Как там твой Павел?

Марина покраснела…