Сестра оставила мне письмо перед гибелью. Строки, заставившие меня бежать с собственных похорон

На третьем этаже этого гудящего муравейника в дальнем, самом неуютном угловом кабинете яркий свет одиноко и преданно горел каждый поздний вечер и каждое самое раннее, хмурое, дождливое городское утро без исключений. Там практически круглосуточно, не жалея себя работал некий Алексей Баринов, невысокий, невероятно скромный и чуть сутулый инженер-проектировщик в старомодных очках с невероятно толстыми, комично увеличивающими его добрые глаза стёклами. Он от природы обладал удивительно приятным, тихим, успокаивающим баритоном и забавной, очень трогательной привычкой искренне извиняться перед окружающими людьми даже тогда, когда в этом совершенно не было никакой логической или этической необходимости.

Самое первое время этот странный, погружённый в себя человек просто вежливо и молча кивал лохматой головой, когда уставшая Наташа с громыхающим пластиковым ведром и тряпками заходила убирать его безнадёжно захламлённый чертежами кабинет. На вторую неделю их негласного, безмолвного знакомства Алексей вдруг стал жутко смущённо здороваться первым и искренне, с невероятно тёплой, обезоруживающей улыбкой желать ей доброго, самого хорошего и светлого утра. Ещё через одну долгую, изматывающую трудовую неделю он неожиданно, словно совершая подвиг, оставил для неё на самом краю своего заваленного рабочими бумагами стола дымящийся бумажный стаканчик с обжигающе горячим, ароматным капучино.

Он жутко, до кончиков ушей смутился, покраснел как провинившийся мальчишка и торопливо, сбивчиво пояснил, что совершенно случайно взял лишний кофе из автомата в холле, и заодно робко назвал этот напиток вполне приличным. Наташа искренне и очень сдержанно поблагодарила его за проявленное неожиданное внимание, но к этому ароматному стаканчику из чувства гордости, осторожности и вежливости в тот день так ни разу и не притронулась. Алексей совершенно не обиделся на этот молчаливый, прохладный отказ, и на следующее хмурое, неприветливое утро точно такое же горячее кофейное угощение снова преданно и одиноко стояло на краю его заваленного чертежами рабочего стола.

Эта странная, молчаливая и невероятно упорная кофейная традиция упрямо продолжалась день за днём, пока уставшая, невыспавшаяся и замёрзшая Наташа всё-таки не сдалась на милость победителя на десятые сутки этой своеобразной осады. Горячий, сладкий капучино из автомата и правда неожиданно оказался довольно неплохим, очень мягким на вкус, что её в то холодное, промозглое зимнее утро невероятно согрело и по-настоящему, искренне приятно удивило. Однажды, немного осмелев от этой доброты, она решилась прервать затянувшееся неловкое молчание и прямо, глядя ему в глаза спросить, почему он каждый божий день всегда так поздно, до глубокой ночи задерживается на своей скучной работе.

Алексей тяжело, с надрывом вздохнул, медленно снял свои толстые, тяжелые очки, устало потёр покрасневшие от монитора воспалённые глаза и тихо, с грустью признался, что ему теперь по жизни просто совершенно некуда и незачем торопиться. Его горячо и преданно любимая жена скоропостижно, буквально за несколько месяцев умерла ровно два года назад от тяжёлой, неизлечимой болезни, а их единственная, горячо любимая взрослая дочка сейчас постоянно учится в далёком дождливом мегаполисе. Он с горькой, полной боли усмешкой рассказал, что каждый вечер нехотя возвращается в абсолютно пустую, гулкую и холодную квартиру, где его с нетерпением ждут только старый плазменный телевизор и пушистый, вечно голодный рыжий кот.

На этой же шумной, вечно гудящей работе, по его абсолютно искренним словам, постоянно находились суетливые, вечно куда-то спешащие живые люди, что хоть немного, но всё же спасало его израненную душу от всепоглощающей, черной тоски. Он произнёс эту печальную, откровенную исповедь как самый простой, давно принятый и неоспоримый жизненный факт, совершенно ровным голосом и абсолютно без всякой попытки выдавить из впечатлительной собеседницы дешевую, ненужную жалость к себе. Наташа глубоко и невероятно понимающе кивнула в ответ, ведь она, вынужденно живя с хладнокровным мужем-убийцей под одной крышей, теперь тоже прекрасно знала, как жутко и страшно звучит звенящая, мёртвая тишина в пустой холодной комнате.

Тем временем её собственный, тщательно продуманный план возмездия складывался очень медленно, скрупулезно выстраиваясь кусочек за кусочком, словно невероятно сложная, хрупкая и смертельно опасная для создателя картина-мозаика. Она никуда не торопилась в своём обжигающем желании разрушить лживую жизнь Игоря, делая каждый божий день лишь один крошечный, но максимально осторожный, проверенный и выверенный шаг вперёд к своей цели. Первым, самым главным и фундаментальным делом ей нужно было срочно и окончательно разобраться с запутанным юридическим статусом их огромной, роскошной дизайнерской квартиры, расположенной в престижном районе на центральной улице.

Вся эта огромная, элитная жилплощадь была по документам официально оформлена исключительно на Наташу, так как её хитрый, изворотливый муж категорически не хотел держать лишние, необоснованно дорогие активы на своём запятнанном имени. Тогда, в самом счастливом, безоблачном начале их брака, она наивно и с любовью считала это широким жестом и проявлением огромной заботы, но теперь чётко и ясно понимала, что он просто трусливо прятал своё имущество от налоговой. Она незамедлительно, не теряя ни дня, отправилась за платной консультацией к толковому молодому юристу Ане, заплатив за её подробный, детальный и профессиональный приём символическую для столицы сумму наличных из своих скромных личных сбережений.

Умная, хваткая девушка-юрист уверенно, опираясь на закон, подтвердила, что если эта квартира действительно была куплена на её личные, легко доказанные выписками средства, то именно Наташа перед законом является единственным полноправным и неоспоримым собственником. Ещё живая, любящая мама когда-то оставила ей в наследство большие, честно заработанные деньги, и именно на них много лет назад была благополучно и абсолютно легально приобретена эта просторная, светлая недвижимость. Юрист на прощание настоятельно посоветовала заранее, не дожидаясь беды, найти очень хорошего, зубастого адвоката на тот неизбежный случай, если разъярённый, загнанный в угол муж после развода всё-таки решит со скандалом делить это имущество в суде…