Шах и мат для бывшего: как случайный визит состоятельного гостя решил исход развода

— По-моему, это вполне честный и равноценный обмен. Возник странный шум в трубке, какая-то возня, приглушенные ругающиеся голоса. Затем мужской голос сменился на женский, очень резкий, привыкший всегда командовать. — Думаешь, легко сможешь пробиться в группу SL и удержаться там, пока я все еще здесь?

Эльвира даже не пыталась как-то скрыть в своем тоне прямую угрозу. — Привет, Эльвира, — Ирма радостно улыбнулась, хотя злобная собеседница никак не могла этого видеть. — Ты очень сильно ошибаешься в своих хитрых расчетах. Я пришла сюда вовсе не ради карьерного повышения и не ради огромных денег твоего бывшего мужа.

— Я официально вступила в эту должность как законная жена генерального директора. Как полноправная хозяйка большого дома, который ты навсегда покинула. Ты теперь всего лишь сторонний акционер без какого-либо права голоса в важных операционных вопросах. И первое, что я сделаю прямо сегодня, — это полный аудит всех существующих долгов между группой SL и транспортной компанией моего беглого бывшего мужа.

— Двадцать миллионов гривен солидного аванса за логистические услуги, которые так и не были по факту оказаны. Я немедленно распоряжусь о срочном возврате капитала с начисленными процентами за длительную просрочку. — Даже не смей этого делать! Ты вообще понятия не имеешь, с какими людьми связалась! Ирма спокойно нажала «отбой» и убрала мобильный телефон в элегантную сумочку.

Пусть теперь бессильно кричит в пустоту. Поздним вечером, когда огромное здание опустело и только скучающие охранники внизу листали что-то в телефонах, Ирма упорно сидела в своем новом роскошном кабинете. Она полностью погрузилась в стопки документов, которые с такой неохотой передала ей Тамара. Используя свои базовые методы строгого аудита, детальное сравнение данных и перекрестные проверки, она добилась первых результатов.

Уже через час кропотливой работы она обнаружила первые очень серьезные нарушения. Расходы на различные внешние услуги без каких-либо видимых логичных причин выросли в три раза по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Мелкое рекламное агентство «Орион-Медиа» везде значилось основным поставщиком дорогостоящих маркетинговых услуг. Быстрая проверка через ЕГР заняла у нее ровно три минуты.

Учредителем конторы «Орион-Медиа» числился некий Виктор Витальевич Рысаков, родной младший брат Эльвиры. Эта преступная схема была примитивной просто до безобразия. Огромные деньги из бездонного кармана мужа плавно текли к брату, а от брата благополучно возвращались в карман хитрой сестры. Шестьдесят миллионов гривен ушло за шесть месяцев за маркетинг, продвижение бренда и организацию корпоративных мероприятий, которых в реальности никогда не существовало.

Транспортная компания Артема получила двадцать миллионов гривен аванса, не совершив при этом ни одного выполненного рейса, согласно записям GPS-мониторинга. Ирма тут же позвонила руководителю логистического проекта Денису, рабочий номер которого она легко нашла во внутренней базе компании. Тот с готовностью подтвердил все ее худшие подозрения. Грузовые машины «Транссервиса» ни разу даже не появлялись на большом терминале под Киевом.

Селезнев постоянно находил нелепые отговорки и умышленно тянул драгоценное время. А Эльвира лично просила подчиненных проявить максимальное снисходительность к этому конкретному партнеру. Далее очень четко шел денежный след, который она без труда проследила по подробным банковским выпискам. От группы SL деньги уходили к «Транссервису», оттуда сразу на личный счет Артема.

А затем средства переводились на счет Светланы Григорьевны Селезневой, его родной матери, семидесятилетней пенсионерки. Он цинично использовал свою пожилую мать как обычную финансовую прокладку для регулярного получения грязных денег. — Я принес поздний ужин, — Максим неожиданно появился в дверях кабинета с двумя пластиковыми контейнерами из хорошего ресторана. — Вы же совсем ничего не ели весь этот долгий день.

Ирма коротко, сугубо по-деловому, изложила ему все страшные цифры, которые ей удалось собрать. Восемьдесят миллионов гривен чистых потерь за два последних квартала, нагло выведенных через брата Эльвиры и сомнительную компанию Артема. Для крупного логистического холдинга, где непрерывный денежный поток является жизненно важным элементом операционной деятельности, это была катастрофа. Такая колоссальная потеря ликвидности за столь короткий срок была равносильна обильному артериальному кровотечению.

— Я догадывался, что она понемногу выводит деньги, — честно признался он, открывая горячий контейнер и пододвигая его к ней поближе. — Но я совершенно не представлял себе истинного масштаба этого воровства. Я наивно думал, что речь идет о нескольких миллионах, но никак не о десятках. Я клянусь, что верну каждую украденную копейку с огромными процентами и штрафной неустойкой.

За эти безумные, полные стресса дни Ирме наконец-то удалось по-настоящему почувствовать яркий вкус еды. И вовсе не потому, что ресторанное блюдо было каким-то уж очень особенным. Просто потому, что она больше не была абсолютно одна в этой тяжелой битве. Тонкий аромат дорогого одеколона Максима, очень сдержанный и благородный, разительно отличался от удушливого запаха дешевого табака Артема.

После полуночи его мощный автомобиль тихо остановился у высоких ворот строго охраняемого коттеджного поселка под Киевом. Сонный охранник в будке, мгновенно узнав машину генерального директора, немедленно поднял полосатый шлагбаум. За старыми высокими соснами величественно возвышался особняк — огромный, трехэтажный, красиво освещенный мягким светом садовых фонарей. Он был окружен ухоженной территорией с идеально подстриженными зелеными газонами, элегантный и, к сожалению, совершенно пустой внутри.

Максим галантно провел ее на второй этаж по широкой мраморной лестнице с изящными коваными перилами. Он открыл массивную дверь в очень просторную светлую комнату с высокими потолками и панорамными окнами во всю стену. Там была расставлена новая мебель в приятных светлых тонах, лежало нетронутое постельное белье, вкусно пахнущее морозной свежестью. В комнате не было ни одной чужой фотографии на стенах, ни единого следа присутствия другой женщины.

Не было ни случайно забытой яркой помады, ни пустого флакона дорогих духов, ни легкого шелкового халата на крючке в ванной. — Наш внезапный брак чисто фиктивный, это взаимовыгодное деловое соглашение двух взрослых адекватных людей, — прямо сказал он. Максим остановился у самого порога и не стал переступать его, чтобы четко соблюсти необходимую дистанцию. — Я глубоко уважаю ваше личное пространство и совершенно не собираюсь на него как-то посягать.

— Но на людях, перед нашими сотрудниками, важными партнерами и прессой мы всегда должны вести себя как настоящие любящие супруги. Это критически важно для моей безупречной репутации. Ирма молча кивнула, внимательно оглядывая красивую комнату. Это была ее новая надежная крепость в огромном чужом доме, отличный плацдарм для войны, которая только-только начиналась.

— Я профессионал, и я все прекрасно понимаю. Утро началось с бодрящего запаха свежесваренного бразильского кофе. Приветливая домработница принесла его в светлую столовую еще до того, как Ирма спустилась по парадной лестнице. И началось оно с серьезного делового разговора, который Максим завел сразу, без долгих пустых предисловий.

Едва она удобно села напротив него за длинный массивный дубовый стол, он сразу перешел к сути. — Какой у тебя конкретный план по этому транспортному долгу? — спокойно спросил он. Он намазывал хрустящий тост сливочным маслом с таким невозмутимым видом, будто речь шла о прогнозе погоды, а не о двадцати миллионах гривен. — Стандартная юридическая претензия здесь будет абсолютно бесполезна.

Ирма сделала маленький глоток из фарфоровой чашки, собираясь с мыслями. — Хитрый Артем будет бесконечно тянуть время, обязательно подаст встречный судебный иск. А потом просто объявит себя банкротом и надежно спрячет все оставшиеся активы. Поэтому я пойду совершенно другим, более жестким путем. — И каким же именно?