Шах и мат для бывшего: как случайный визит состоятельного гостя решил исход развода

Шесть долгих месяцев спустя наконец состоялся открытый суд. Ирме было поручено сидеть рядом с Максимом в самом первом ряду зала заседаний. Она могла вдоволь наблюдать за скамьей подсудимых, где поникшая Эльвира и Артем старательно избегали даже смотреть друг на друга. Эльвира, сильно изможденная и резко постаревшая за эти месяцы в следственном изоляторе, до последнего упрямо все отрицала.

Артем же полностью признался во всем, искренне раскаялся и со слезами попросил прощения у суда. Судья строгим голосом огласил окончательный приговор. Эльвира Рысакова получила 9 лет лишения свободы за циничное мошенничество в особо крупном размере и отмывание денег. Также суд вынес обязательство вернуть 120 миллионов гривен и постановил конфисковать все ее имущество.

Артем Селезнев получил 4 года колонии за серьезное экономическое преступление и пособничество. Его срок был существенно снижен только благодаря активному сотрудничеству со следствием. Услышав этот суровый приговор, Эльвира с криком потеряла сознание прямо в клетке. Артем лишь обреченно склонил голову и бросил на Ирму последний, полный глубокого сожаления взгляд.

Она лишь слегка и очень холодно кивнула ему в ответ. — Это наше последнее прощание с этим мрачным прошлым. Давай выйдем из здания суда, — Максим нежно взял ее за холодную руку. — Все это действительно наконец-то кончено.

— Что посеешь, то и пожнешь в итоге, — философски ответила она. Ее долгая месть полностью свершилась. Но вместо ожидаемой сладкой эйфории внутри нее почему-то была лишь звенящая пустота.

Через неделю Ирма достала из верхнего ящика стола заранее подготовленное заявление. Это было заявление о разводе по обоюдному согласию. С этой бумагой она тихо вошла в просторный кабинет Максима. Он в этот момент участвовал в важной рабочей видеоконференции и жестом попросил ее немного подождать.

Она внимательно наблюдала за ним, за его глубокой сосредоточенностью. За тем, как он четко формулирует свои мысли, как уверенно принимает сложные решения. И она с горечью понимала, как сильно будет по нему скучать. Когда он закончил звонок, она молча положила белый конверт на его стол.

— Я пришла, чтобы окончательно уладить наш деловой договор. Мы с честью выполнили наше соглашение. Моя главная миссия здесь полностью завершена. Легкая улыбка мгновенно исчезла с его лица.

— Что это такое? — Это мое официальное заявление о нашем разводе. Я больше не хочу нагло злоупотреблять твоей невероятной щедростью. У меня теперь достаточно личных средств, чтобы жить очень хорошо и ни в чем не нуждаться.

— Я просто хочу обрести себя заново и начать с чистого листа. Максим медленно взял конверт, но почему-то не стал его открывать. Он задумчиво повертел его в сильных руках. — Ты действительно хочешь так просто уйти от меня?

— Да, я хочу уйти. Она медленно поднялась с кресла, совершенно не решаясь прямо посмотреть ему в глаза. — Я уже полностью собрала и забрала все свои вещи из твоего дома. Огромное спасибо тебе абсолютно за все.

— Прощай, Максим. Она резко развернулась и пошла к двери. Она надеялась, так глупо и по-женски, что он вскочит и ее остановит. Но позади нее была только тяжелая, мертвая тишина.

Закрывая за собой тяжелую дубовую дверь, она почувствовала боль. Она почувствовала, как по ее щекам текут горячие, неконтролируемые слезы. Три долгих дня прошли в абсолютной, сводящей с ума тишине.

Ирма отчаянно пыталась вернуться к обычной рутинной жизни в своей съемной квартире. Но все ее мысли были очень далеко отсюда. Они были в том красивом загородном особняке, в светлом кабинете на двадцатом этаже. Рядом с тем самым человеком, которого она так старательно и безуспешно убеждала себя не любить.

На четвертый день после обеда в дверь ее квартиры резко позвонили. Максим хмуро стоял на пороге без своего привычного пиджака. Ворот его рубашки был небрежно расстегнут, волосы были непривычно взъерошены. Он молча шагнул внутрь, достал из кармана ее мятое заявление о разводе.

Он зло разорвал его в мелкие клочки прямо у нее на глазах. — Что ты вообще делаешь?! — Я в одностороннем порядке расторгаю этот контракт. Как генеральный директор, я категорически не одобряю эту нелепую отставку.

— Это просто полный абсурд. — Максим, это законный брак, а не твоя коммерческая компания. Он решительно подошел к ней ближе. Она испуганно отступила, пока не уперлась спиной в холодную стену коридора.

— Лично для меня это теперь абсолютно одно и то же. Просто послушай меня очень внимательно. Мои финансовые активы огромны, а бухгалтерские книги просто бесконечны. От моих ежедневных решений зависят сотни преданных сотрудников холдинга.

— Я просто физически не справлюсь со всем этим один. Ты — единственный человек, которому я сейчас безоговорочно доверяю. Ты досконально знаешь каждый темный уголок группы SL. И ты собираешься меня вот так просто бросить в самый ответственный момент?