Слезы вместо новоселья: что на самом деле скрывалось за подарочными ключами
«Потом будет суд, служба правопорядка и всё по всей строгости закона. Подумайте над этим очень хорошенько». Дверь громко захлопнулась.
Наташа без сил опустилась на грязный пол. Ноги ее больше совершенно не держали. Всего три дня на раздумья.
Они дали ей на раздумья ровно три дня. Внезапно телефон в кармане зазвонил. Это была взволнованная Ленка.
«Наташ, ты там как вообще?» «Всё очень и очень плохо». «Они только что были здесь: жена Петрова вместе с адвокатом».
«Они знают абсолютно всё». «Проклятье, что же мы теперь будем делать?» Наташа посмотрела на ту самую стену, за которой когда-то лежало золото.
«Будем прятать», — твердо и решительно сказала она. «Так, чтобы никто и никогда не смог его найти». Была пятница, десять часов вечера.
Наташа сидела в темной квартире совершенно одна. Она караулила, хотя караулить тут было уже совсем нечего. Золото надежно лежало в сейфе у Ленки, но уходить домой ей совершенно не хотелось.
Здесь, среди голых стен и строительной пыли, она чувствовала себя настоящей хозяйкой. Хозяйкой своей первой собственной квартиры. Хозяйкой своей собственной непредсказуемой судьбы.
Дверь с оглушительным грохотом вылетела с третьего удара. Наташа даже не успела закричать от испуга. Трое здоровых мужчин в чёрных масках грубо ввалились в прихожую.
Один из них грубо схватил её за плечи и толкнул на жесткий пол. Телефон выпал из рук и далеко улетел в темный угол. «Где золото?» — спросил хриплый голос.
«Говори живо, где оно спрятано?» «Здесь нет никакого золота». Последовал сильный толчок в спину, заставивший её прижаться к полу.
Наташа сжалась, судорожно хватая ртом пыльный воздух. «Врёшь, рабочие сказали, что тут было пятьдесят золотых слитков. Где они лежат?»
«Их нету. Здесь ничего нету». Её грубо подняли за руки и отшвырнули к бетонной стене.
Резкая вспышка страха пронзила сознание. Двое бандитов принялись методично крушить всю квартиру. Они переворачивали всё то, что ещё можно было перевернуть.
Ломали ниши, громко простукивали стены, вскрывали старые полы тяжелыми железными монтировками. Третий крепко держал Наташу, не давая сдвинуться с места. «Найдём твоё счастье — будешь жить. А не найдём — никто тебя больше не увидит».
Наташа с ужасом смотрела, как они безжалостно крушат её квартиру. Ту самую долгожданную квартиру, чудом выигранную в «Колесе фортуны». Её первую собственную жилплощадь в этой жизни.
И думала она сейчас только об одном. Нужно обязательно выжить любой ценой. Маша ни в коем случае не должна это видеть.
Жестокий обыск продолжался около двадцати минут. Они разворотили в помещении абсолютно всё. Пострадали стены, пол и даже старый потолок.
Бандиты добрались до ниши, которую Наташа заботливо заложила кирпичами. Они вдребезги разбили кладку и жадно заглянули внутрь. Там было совершенно и разочаровывающе пусто.
«Где оно?» — главарь резко развернулся к ней. «Куда ты его дела, отвечай?» «Его не было вообще, вы сильно опоздали».
Ее с силой прижали к холодной поверхности стены. Наташа почувствовала острую боль в плече. «Ты нагло врёшь!»
«Клянусь, ничего не было. Эти строители просто вам врут». Главарь на мгновение тяжело замолчал.
Его холодные глаза за прорезями чёрной маски были мёртвые, как у рыбы. «Ладно», — процедил он наконец. «Значит, ты его уже продала или очень хорошо спрятала».
«Ничего страшного, мы всё равно его найдём». Он угрожающе и близко наклонился к Наташе. «Слушай сюда очень внимательно».
«Мы точно знаем, кто ты такая. Мы знаем, где ты сейчас живёшь. Мы даже знаем, где твоя дочка учится».
«Если не отдашь нам золото, мы найдём тебя. Или мы найдём её. Ты всё хорошо поняла?»
Наташа молча и обреченно кивнула. Говорить она физически не могла. Её горло сильно сдавило от животного спазма страха.
«Даем три дня», — бросил главарь. «Потом пеняй на себя». Они быстро и бесшумно ушли.
Наташа так и осталась сидеть на холодном полу среди обломков и едкой пыли. Слезы медленно катились по ее бледному лицу. Она с трудом дотянулась до телефона и набрала службу спасения.
«Служба правопорядка? На меня только что жестоко напали. Запишите мой адрес».
Через полчаса приехал местный инспектор. Это был офицер Сергей Иванович Мухин, 45 лет, с усталыми глазами и заметным лишним весом. Он записал показания, лениво осмотрел разгромленную квартиру и посветил фонариком в разбитые ниши.
«Что они искали-то?» — подозрительно спросил он. «Я не знаю. Наверное, какие-то деньги искали».
«А у вас были здесь спрятаны деньги?» «Нет». Сергей Иванович посмотрел на неё очень долгим и тяжелым взглядом.
«Гражданочка, я работаю в органах уже много лет. Просто так в чужие квартиры не вламываются. Вы явно что-то от меня скрываете».
«Ничего я не скрываю». «Ну-ну, посмотрим». Он тяжело вздохнул и сложил свой помятый блокнот.
«Ладно. Так и напишем: незаконное проникновение с целью грабежа. Но учтите, если я узнаю, что вы соврали, закон за лжесвидетельство предусматривает серьезное наказание».
«Я всё поняла». Инспектор ушёл, пообещав время от времени присматривать за этой квартирой. Наташа сидела на полу, прижимая к лицу грязную строительную тряпку.
Трое в масках были явно не те строители. Те были совсем другие, а эти говорили с откровенно криминальным акцентом. Кто это мог быть: местные бандиты или старые друзья покойного Петрова?
Откуда они вообще об этом кладе узнали? Наверняка от тех же самых обиженных рабочих. Те охотно продали информацию всем желающим.
Они рассказали Людмиле, представителям закона и местным отмороженным группировкам. Кому заплатили, тому всё и рассказали. Внезапно телефон рядом зазвонил.
Это была Ленка. «Наташ, ты как там? Что за странные звонки в службу с твоего номера?»
«Ко мне только что вломились. Их было трое здоровых мужиков. Они искали золото».
«Господи, ты хоть цела осталась?» «Почти. Квартиру полностью разнесли, а я отделалась сильным испугом».
«Срочно уезжай оттуда. Немедленно собирайся. Приезжай жить ко мне».
Наташа с тоской посмотрела на разгромленную комнату. Стены зияли дырами, пол был варварски вскрыт, а входная дверь еле держалась на одной петле. «Я не могу», — упрямо сказала она.
«Это моя квартира. Я её просто так не брошу». «Наташа, там сейчас очень опасно находиться».
«Я это прекрасно знаю. Но бежать — значит добровольно сдаться». Она решительно повесила трубку.
Она нашла старый грязный матрас в углу и легла на него прямо в пыльной одежде. Закрыла уставшие глаза. У неё было всего три дня.
Людмила дала ей ровно три дня. И бандиты тоже дали три дня. Значит, за эти три дня нужно срочно придумать гениальный план.
Ей нужно было спрятать золото так, чтобы никто на свете не смог его найти. Наташа резко открыла глаза. У неё появилась сумасшедшая, но спасительная идея.
Эта идея пришла глубокой ночью, между тремя и четырьмя часами. Наташа лежала на грязном матрасе и неотрывно смотрела в разбитый потолок. Мозг работал лихорадочно, быстро перебирая все возможные варианты…
