Случай под мостом: как одна встреча изменила жизнь бездомной семьи
— резко спросил Даниил.
— Виктор Хаев, журналист. Скоро весь город узнает, что вы прячете наследников другой семьи.
Даниил сжал кулак. Эмилия, услышав разговор, побледнела:
— Так это правда? Эти дети — твои тайные наследники?
Он не смог сразу ответить, опешив от нелепости догадки. Тишина убила ее надежду. Эмилия встала и ушла, не дождавшись объяснений. София сидела рядом, опустив голову над тарелкой с кашей, словно боялась дышать.
К обеду город гудел. В сети появилось скандальное видео. Худенькая девочка в потрепанной одежде якобы крала коробку молочной смеси в супермаркете. Крупными буквами гласил заголовок: «Незаконная дочь миллионера уличена в воровстве».
В особняке Эмилия швырнула планшет на стол:
— Теперь доволен? Весь город смеется!
— Я верю ей! София не могла взять чужое, — твердо сказал Даниил.
София, услышав это, разрыдалась:
— Я не брала! Я только смотрела на витрину! Честно!
В тот вечер девочка собрала свои вещи в мешочек и попыталась увести братьев через черный ход.
— Мы никому не нужны, пойдем! — шептала она.
Но на пороге стояла Эмилия. В ее глазах блестели слезы.
— Не уходи! — прошептала она, опускаясь на колени. — Останься, София! Дай мне шанс!
Девочка зарыдалась, уткнувшись в ее плечо. Стена между женщиной и приемной дочерью начала рушиться. Ночью Даниил получил повестку: «Завтра суд решит вопрос о временной опеке над детьми».
Зал суда был переполнен. Судья, седой мужчина с суровым взглядом, объявил начало слушания. Адвокат Артега уверенно включил на экране материалы дела — то самое видео. В зале зашептались: «Вот же она! Ворует!»
Артега хищно улыбнулся:
— Уважаемый суд! Эти дети педагогически запущены! Им место в государственном учреждении, а не в доме постороннего человека!
На свидетельскую скамью вышла директриса сиротского дома Карина, заинтересованная в получении финансирования от Ванессы. Она хладнокровно заявила:
— Я видела, как София грубо обращалась с братьями. Она не может о них заботиться.
София вскочила, глаза в слезах:
— Это неправда! Я никогда их не обижала. Я только грела их ночью!
Зал загудел. Эмилия не выдержала и поднялась:
