Случай под мостом: как одна встреча изменила жизнь бездомной семьи

— спросила Эмилия тихо.

София вздрогнула, но кивнула. Женщина подошла и впервые погладила ее по волосам:

— Теперь ты не одна. Я с тобой.

София разрыдалась и неожиданно прошептала:

— Спасибо, мама.

Слово «мама» обожгло сердце Эмилии, но слезы ее были уже не горькими, а освобождающими. В особняке раздался первый настоящий смех. София, играя с братьями, впервые позволила себе улыбнуться без страха. Даниил смотрел и шептал Эмилии:

— Видишь? Она оживает.

Впереди оставалось главное — финальное заседание суда. С утра семья вместе вышла к зданию. Репортеры облепили их, камеры щелкали. София крепко держала руку Даниила, а другой прижимала старого плюшевого мишку. Эмилия несла одного из близнецов, второй был у социального работника.

В зале царила напряженная тишина. Судья поднял глаза от бумаг:

— Сегодня будет принято решение. Противники ослаблены, но остается вопрос: кому доверить детей?

Представитель опеки холодно сказал:

— Несмотря на смягчающие обстоятельства, мистер Куперов не является кровным родственником. Закон требует осторожности.

Даниил поднялся. Его голос был низким, но твердым:

— Кровные узы — не всегда гарантия семьи. Семья — там, где любовь. Я клянусь: ни один из этих детей больше никогда не будет чувствовать себя одиноким.

В зале раздались аплодисменты, которые судья вынужден был прервать ударом молотка. Эмилия поднялась рядом:

— Я потеряла дочь и думала, что сердце мое мертво. Но София и ее братья показали мне, что оно может биться снова. Они — мои дети.

София сидела, заливаясь слезами, и шептала:

— Пожалуйста, не разлучайте нас.

В этот миг зал суда уже был на ее стороне. Судья постучал молотком:

— Суд уходит на совещание. Решение будет оглашено завтра.

Утро было пасмурным. У дверей суда собралась толпа. Журналисты, прохожие, любопытные — все ждали. Кому достанется опека? Даниил вышел из машины в строгом костюме. Семья вошла в зал под десятки вспышек камер. Судья занял свое место.

Суд выслушал все стороны и проверил доказательства. Роберт Картер отказался от родительских прав по собственному заявлению, признав свою несостоятельность. Судья продолжил:

— Принимая во внимание все обстоятельства, суд считает целесообразным передать опеку над Софией, Борисом и Семеном супругам Куперовым.

София не сразу поняла сказанное. Она моргнула, потом посмотрела на Даниила. Тот наклонился и тихо сказал: