Случай в парке: неожиданное открытие, которое перевернуло жизнь молодой женщины

Куча плановых операций. Рядовые дела, обходы, — отмахнулся муж.

— Ясно, — помешала ложкой сахар Ларочка.

Утро выдалось дождливым. Добравшись на работу, Лариса к своему облегчению узнала, что сегодня Киры Викторовны на месте не будет. Она срочно вылетела в Днепр, а вернуться должна была только завтра после обеда. Однако начальница оставила целый список дел, которые необходимо было закончить к моменту ее возвращения. Ларочка торопилась все сделать как можно быстрее. Она носилась по этажам редакции, договаривалась с владельцами помещений, где должны были пройти следующие презентации, приемы и прочие корпоративные мероприятия. Ей постоянно звонили из фотостудии, из примерочной, из типографии. Только к обеду она смогла выдохнуть. И тут позвонила Светка.

— Ты где? Они минут через двадцать пойдут на обед.

— Лечу, — шумно вздохнула Ларочка.

Она сказала секретарше, что поедет по делам, как велела Бузяк, хотя это была наглая ложь. Оставалось надеяться, что Кира Викторовна не решит проверить, где сейчас находится ее помощница и чем занята. Ларочка припарковалась неподалеку от кафе, где обедали сотрудники больницы. Тут же на пассажирское сиденье плюхнулась Светка.

— Не спрашивай, чего мне это стоило! — выпучила она глаза и рассмеялась. — В общем, я договорилась с официантом, обрисовала ему ситуацию. Про порчу, конечно, не сказала, просто сообщила, что моей подруге изменяет муж, и она хочет отомстить ему и его любовнице, подмешав им сильное слабительное. Паренек оказался с юмором и согласился.

— Нет, я поражаюсь твоей способности обрабатывать людей! Признайся, сказала, что на свидание с ним пойдешь? — покачала головой Ларочка.

Светка была женщиной эффектной, мужиками крутила, как цирковой жонглер тарелками.

— Ну и схожу. Чего такого? Я свободная женщина. Кстати, тебе бы не мешало себе уже подыскать нового мужчину. Старый-то оказался тем еще козлом. Не хочется, чтобы ты страдала в одиночестве, Ларка.

— Есть тут один на примете, — смутилась Ларочка. — Но он просто мой приятель. Даже не приятель, а сосед.

— Ого! Кто такой? Ты где его откопала? Шустра!

— Да брось, я так сказала… Для отношений нужно все же мнение обоих людей. Мне Иван симпатичен, а вот я ему — вряд ли.

— Не прибедняйся. Ты красивая баба, только затюканная своим Глебушкой. Сейчас его на место поставишь, на развод подашь, а там… Ладно, идем. Тебе надо занять столик в углу. Как только Костенька-официант этот мимо пройдет, ему кивни, он возле тебя притормозит. Вот эту водичку им плеснешь в тарелки, да и выходи по-быстрому. Запомнила? А потом сразу браслет с моста в реку бросай. Потом свободна. Во всех смыслах.

Лариса, прикрывшись журналом, сидела в уголке, наблюдая, как Глеб в обществе какой-то серой мыши (к тому же весьма некультурно смеющейся) садится за столик в противоположном углу зала.

— Вы Светина подруга? — раздался над головой шепот.

Ларочка подняла глаза. Перед ней стоял паренек лет двадцати, хитро улыбаясь.

— Угу, — сморщила нос Лариса.

— Может, я сам им подмешаю?

— Вас тут камеры везде, еще уволят, — покачала головой Ларочка. — Нет, я сама должна все сделать. Это дело принципа.

— Как хотите. Сейчас я у них заказ приму, а потом, как понесу, возле вас остановлюсь. Времени не теряйте, а то, верно заметили, камеры повсюду. Я могу еще для пущего эффекта туалет на уборку закрыть.

— Нет, это уже лишнее, — засмеялась Лариса, представив, что было бы неплохо на самом деле подмешать изменщику слабительное.

Минут через десять Костик уже шел с подносом. Он невзначай остановился возле Ларочки, сделав вид, что что-то обронил. Она тут же плеснула в обе тарелки с каким-то салатом свое зелье. Да так все сделала красиво, что никто ничего не заметил. А потом она незаметно вышла из кафе и побежала к машине, чувствуя невероятную легкость. Светка ликовала.

— Все, быстрее к реке! — сверкнула глазами Лариса. — И обратно в офис, а то меня там быстро на чистую воду выведут и нажалуются Бузяк, что я в рабочее время шатаюсь непонятно где. Обед уже закончился.

Браслет в последний раз сверкнул на солнце и плюхнулся в темную воду, подняв легкие брызги. Лариса ничуть не жалела, что ее «талисман», символ вечной любви Глеба, теперь будет покоиться на речном дне, погружаясь в мягкий ил.

Пару недель спустя Ларочка, сияя, как деревенский самовар, позвонила в соседскую дверь, держа в руках бутылку хорошего вина.

— Лариса! — удивился Иван, открывая ей. — Чем обязан?