Спасение на реке: женщина не заметила, как из леса за ней начали наблюдать

Однажды утром, проснувшись, Агафья увидела у порога тушу молодого оленя. Дар. Плата за исцеление. А потом, в один из апрельских дней, когда воздух наполнился запахом талой земли и первой хвои, он ушел.

Просто ушел. Агафья оставила на ночь дверь приоткрытой, и на рассвете его уже не было. На крыльце остались лишь несколько капель подсохшей крови с его раны и глубокие следы, ведущие в лес. Она не чувствовала грусти, только легкое умиротворение.

Всё шло своим чередом. Круг замкнулся. Павла не уволили. Коваль, как ни странно, в своем отчете изложил все почти так, как было, выставив Виктора единственным виновником инцидента. Павла понизили в должности и перевели на самый дальний кордон.

Для него это было не наказанием, а наградой. Прошло полгода. Наступила золотая карпатская осень. Агафья собирала ягоды на склоне горы, далеко от своего дома. Внезапно она почувствовала на себе знакомый тяжелый взгляд.

Она выпрямилась и посмотрела вверх. На скальном уступе, на фоне пронзительно-синего неба, стоял он. Огромный черный волк. Его лапа зажила. Он стоял ровно и мощно. Рядом с ним сидела крупная волчица, а у ее ног копошились трое маленьких темных волчат.

Он не подошел. Он просто смотрел на нее. Долго. Это был безмолвный разговор. Благодарность. Признание. Отчет о том, что жизнь продолжается. Затем он развернулся и вместе со своей новой семьей скрылся за гребнем скалы.

Агафья смотрела им вслед, и по ее морщинистой щеке медленно катилась слеза. Но на ее губах играла улыбка. Она больше никогда не была одна.