Странная просьба больной свекрови открыла мне глаза на человека, с которым я жила

Я положила листок на стол и пододвинула к нему. Он мельком взглянул, потом схватил бумагу. Его глаза расширились, он уставился на размытое черно-белое изображение и заключение: «Беременность шесть недель». «Что это?» — голос Дмитрия дрогнул. «Я беременна, Дима. У нас будет ребёнок», — сказала я.

Я посмотрела ему прямо в глаза, выдавив из себя улыбку, полную счастья и тревоги. «Я только вчера была у врача. Сказали, нужно больше отдыхать и избегать стрессов. Хотела сказать тебе вчера, но ты был не в настроении». Дмитрий сидел как громом пораженный. Эта новость стала для него полной неожиданностью.

Он был единственным сыном в семье, и давление со стороны родственников по поводу наследника было огромным. Кроме того, ему нужен был веский повод, чтобы вытянуть деньги из моего отца, который жил в селе. Мой отец был владельцем крупного фермерского хозяйства и обещал нам помощь, если родится внук.

Лицо Дмитрия смягчилось. Он взъерошил волосы, а потом вдруг рассмеялся сухим, неестественным смехом. «Беременна? Правда? Это… Это же отлично!» Он встал, обошел стол и обнял меня за плечи. Его объятия были всё такими же тяжелыми и расчетливыми. «Почему ты раньше не сказала? Теперь тесть точно поможет. Похоже, я спасен».

Меня пробрал холод. Он думал не о ребёнке, а только о деньгах. «Милый, с мамой… будь помягче», — воспользовалась я моментом. Дмитрий на секунду замер, потом небрежно кивнул. «Знаю. Ты, главное, о себе заботься, отдыхай. С матерью я сам разберусь. А сейчас мне нужно позвонить твоему отцу, обрадовать его».

Он схватил телефон и вышел во двор. Его голос стал приторно-сладким: «Здравствуйте, папа! Это Дмитрий. У нас для вас огромная радость. Света беременна! Да. Наследник, настоящий наследник!» Я сидела в доме и слушала его голос, и слёзы подступали к глазам. Я солгала. Солгала по-крупному.

Но у меня не было другого выбора. Мне нужно было отвлечь его, заставить поверить, что всё хорошо, чтобы он ослабил хватку. Однако радость Дмитрия была недолгой. Днем ему позвонили снова. На этот раз его лицо побледнело. Он что-то буркнул в трубку и повесил её. Он вошел в дом и посмотрел на меня с подозрением.

«Побудь дома, присмотри за матерью. Мне нужно срочно по делам. Ужинать не приду», — бросил он. Я знала, к кому он поехал, к кредиторам или к своей любовнице, Татьяне. Появление вымышленного ребёнка лишь на время заставило его отступить, но долги никуда не делись. Ему нужны были пятнадцать миллионов матери, а не помощь от тестя.

Вечером я пробралась в комнату Анны Павловны. Она посмотрела на меня с немым вопросом. Я взяла её за руку и прошептала: «Мама, потерпите ещё немного. Я ищу выход. Он думает, что я беременна и пока не будет действовать агрессивно. Но нам нужно торопиться». Анна Павловна быстро заморгала, слёзы потекли по её щекам.

Она понимала, что наше положение висит на волоске. Вдруг раздался звонок в дверь. Я вздрогнула. Дмитрий же сказал, что не придет. Я пошла открывать. Это был не он. На пороге стояла полная женщина средних лет, с толстым слоем косметики на лице, в ярком платье. В руках у неё были сумки. «Вы к кому?» — удивилась я.

Женщина широко улыбнулась. «Здравствуйте, хозяюшка. Я Зинаида, можно просто тетя Зина. Меня Дмитрий нанял домработницей, за старушкой ухаживать. Сказал, вы в положении, вам нельзя перетруждаться». Я остолбенела. Муж нанял домработницу? Почему он не обсудил это со мной?