Странная просьба таксиста: почему мне пришлось прятаться в собственной поездке.

— Помню. — Он наконец посмотрел на нее, и Елена заметила, что глаза у него какие-то воспаленные, с красными прожилками.

— Плохо спал? — Или допоздна сидел за компьютером, как часто делал последнее время.

— Слушай, тут такое дело. У меня с утра срочная встреча, никак не перенести. Партнеры приезжают, они только сегодня могут. Ты езжай первая, а я подтянусь прямо к нотариусу. Виктор тебя отвезет.

Елена нахмурилась. Виктор был водителем, который иногда работал на фирму Игоря. Несколько лет назад муж начал пользоваться его услугами для деловых поездок, а потом стал вызывать его и для семейных дел: отвезти Елену в аэропорт, встретить ее родителей с вокзала. Виктор был молчаливым и надежным, но Елена всегда чувствовала себя неловко, когда кто-то ее возил, словно она какая-то важная персоная.

— Может, лучше на такси?

— Не хочу человека напрягать. У него наверняка свои дела. Да какое такси? Виктор все равно свободен сегодня, я проверил. Я ему уже позвонил, он через полчаса будет у подъезда. Он знает адрес нотариальной конторы.

Что-то в тоне мужа показалось Елене странным, слишком настойчивым, слишком уверенным, но она не стала спорить. За пятнадцать лет брака она научилась выбирать битвы. Некоторые вещи просто не стоили потраченных нервов. И потом, может, она просто накручивает себя на пустом месте? Игорь всегда был деловым человеком, у него вечно какие-то встречи, переговоры, партнеры.

Она допила кофе и вернулась в спальню. Открыла шкаф и несколько минут стояла перед ним, перебирая вешалки. Что надеть на такую встречу? Вроде бы просто оформление документов, но хотелось выглядеть достойно. Не для нотариуса, нет — для себя. И для бабушки, которая всегда говорила, что женщина должна выглядеть так, чтобы ее уважали с первого взгляда.

Елена выбрала серое платье — строгое, но элегантное, с тонким ремешком на талии, и бежевый плащ, который купила в прошлом году на распродаже. Уложила волосы, закрепив непослушную прядь невидимкой. Подкрасила губы неяркой помадой, чуть тронула ресницы тушью. Посмотрела на себя в зеркало и осталась более-менее довольна: не красавица, но вполне приличная женщина средних лет.

Папка с документами лежала на комоде, где она оставила ее вчера вечером. Елена еще раз проверила содержимое, раскладывая бумаги на кровати. Паспорт, ИПН, справка из домоуправления о составе семьи, согласие на сделку, копия бабушкиных документов на квартиру. Все на месте, все в порядке. Она аккуратно сложила бумаги обратно, застегнула сумку и снова посмотрела на свое отражение. Оттуда смотрела женщина с усталыми глазами и опущенными уголками губ. Женщина, которая давно разучилась мечтать о чем-то большем, чем спокойный вечер без ссор.

Когда она вышла в прихожую, Игорь уже надевал куртку — темно-синюю, спортивного кроя, которую он носил последние пару лет. На полу валялись его кроссовки, хотя Елена сто раз просила убирать обувь в шкаф.

— Я тебе напишу, когда буду выезжать к нотариусу, — сказал он, чмокнув ее в щеку. Губы были сухими и холодными. — И да, там еще один документ нужно будет подписать. Виктор в курсе, он тебе расскажет по дороге.

— Какой документ?

— Ну, дополнительный. Для оформления. Какая-то доверенность или что-то такое. Ерунда, формальность. Нотариус объяснит.

Он уже был за дверью, прежде чем Елена успела задать еще один вопрос. Щелкнул замок, гулко отозвались шаги на лестничной площадке, хлопнула дверь подъезда. Елена постояла в пустой прихожей, глядя на закрытую дверь с облупившейся краской. Какой-то дополнительный документ, о котором она ничего не знает… Странно. Бабушка ведь все обсудила с нотариусом, они созванивались на прошлой неделе, и Зинаида Павловна ни о какой дополнительной доверенности не упоминала. Может, Игорь что-то перепутал? Или это действительно формальность?

Елена тряхнула головой, отгоняя беспокойство. Нечего себя накручивать. Приедет к нотариусу — там все и выяснится.

Через двадцать минут она спустилась во двор. Дождь прекратился, но асфальт был мокрым и блестел, отражая серое небо и силуэты деревьев. Лужи пузырились у бордюров, с крыши капало на козырек подъезда. Пахло мокрой листвой и бензином: где-то рядом прогревал мотор сосед на старой «шестерке».

У подъезда стояла темно-синяя машина — не новая, но чистая и ухоженная. За рулем Елена разглядела Виктора, его седую голову и широкие плечи в темной куртке. Ему было около пятидесяти: крепкий, основательный мужчина с седыми висками и морщинками вокруг глаз, которые появляются у людей, привыкших щуриться на солнце или вглядываться в дорогу.

Он вышел из машины, чтобы открыть ей дверь, и Елена заметила, что он выглядит каким-то напряженным. Движения были резкими, глаза бегали по сторонам.

— Доброе утро, Елена Сергеевна.

— Здравствуйте, Виктор. Спасибо, что согласились отвезти. Надеюсь, я вас не сильно отвлекаю от дел?

— Да какие разговоры. Садитесь, пожалуйста.

Она устроилась на заднем сиденье, положив сумку на колени. В машине пахло сосновым освежителем и чем-то еще — кожей, табаком, хотя Виктор, кажется, не курил. На торпеде лежала пачка салфеток и какая-то книжка в мягкой обложке, то ли детектив, то ли фантастика.

Виктор сел за руль, но не сразу тронулся с места. Несколько секунд он смотрел в зеркало заднего вида, словно проверяя что-то. Потом оглянулся через плечо, посмотрел в боковое окно.

— Все в порядке?