Стук в дверь посреди ночи: почему фермер пожалел, что пустил в дом бродячую кобылу

Теперь это была уже не просто забавная история о сумасшедшем старике с лошадьми. Это была история о том, как наглый чужак пытался силой установить свои порядки в их родной деревне. И деревня, сама того до конца не осознавая, начала стремительно сплачиваться вокруг Ивана.

Утром, когда он привычно пошел к Зорьке, его ждал невероятный и трогательный сюрприз. У ее пустой кормушки он обнаружил небольшой, но увесистый мешок с отборным овсом. Не было оставлено ни записки, ни единого слова от тайного доброжелателя.

Кто-то из соседей принес этот бесценный дар ночью, действуя совершенно тайком. Иван точно знал, что это была не добрая вдова Клавдия. Это был кто-то из тех самых суровых мужиков, которые еще вчера его осуждали.

Днем, когда он заботливо чистил Надежду, его загрубевшие пальцы нащупали под ее густой гривой что-то твердое. Он крайне осторожно раздвинул спутанную шерсть животного, чтобы рассмотреть находку. На шее кобылы плотно сидел тонкий, почти истлевший от времени кожаный ремешок.

Он был настолько грязен и стар, что Иван попросту не замечал его раньше. Фермер аккуратно срезал этот странный предмет своим острым ножом. Размочив ремешок в теплой воде и оттерев многолетнюю грязь, он увидел на внутренней стороне нечто важное.

Там находились выжженные, почти полностью стершиеся от времени буквы. Это были три четкие буквы кириллицей, складывающиеся в аббревиатуру АВО. Это было вовсе не обычное заводское клеймо, это были чьи-то личные инициалы.

Значит, у прекрасной Надежды когда-то был настоящий, законный хозяин. И этот человек, кем бы он ни был, искренне любил ее, раз оставил такой памятный и личный знак. Эта маленькая, но важная деталь полностью перевернула все мысли в голове Ивана.

Теперь у него появилась четкая цель: не просто защитить лошадей от Баринова. Он должен был во что бы то ни стало найти их настоящего, законного владельца. Это был его единственный реальный шанс спасти и прекрасных животных, и самого себя.

Но как это можно было сделать, будучи запертым снегопадами в глухой деревне? Неожиданный шанс представился ему буквально через несколько томительных дней. Мимо заснеженной деревни неспешно шел санный обоз из соседнего района.

Несколько крепких саней, тяжело груженных различными товарами, направлялись прямиком в райцентр. Иван, оставив дом на попечение внезапно подобревших соседей, поспешил им навстречу. Он не стал с порога рассказывать случайным людям свою удивительную историю.

Мужчина просто подошел к главному возчику, суровому бородатому мужику, и начал разговор издалека. Он расспрашивал про состояние дороги и про то, какие вообще вести ходят в большом мире. А потом как бы невзначай спросил, не слыхал ли тот про какие-нибудь происшествия на тракте до большой метели.

Уточнил, не было ли крупных аварий или, может, скотина у кого сбегала в тех краях. Возчик сначала лениво отмахивался, но потом, задумчиво пожевав бороду, кое-что припомнил. «Был такой слух», — нехотя и протяжно ответил приезжий торговец.

Люди говорили, что какой-то барин свои дорогие сани в метель разбил. Сам он сильно покалечился, а коня его лучшего, призового жеребца, так нигде и не нашли. Сгинул тот конь в темном лесу, и за него, говорят, назначили очень большую награду.

Сердце Ивана от этих слов тревожно и радостно екнуло в груди. Он напрягся, ведь у него в избе стояла кобыла, а не жеребец. «А точно жеребца потеряли?» — с сомнением переспросил взволнованный старик.

«Да кто же его точно знает, это все бабьи сплетни», — махнул рукой равнодушный возчик. «Говорят всегда одно, а на деле часто выходит совершенно другое. Сказали только, что он вороной масти был, с приметной белой звездой прямо во лбу».

Иван искренне поблагодарил разговорчивого мужика и быстрым шагом пошел домой. Полученная информация была крайне смутной и весьма противоречивой. Искали именно жеребца, а не кобылу, но масть животного идеально совпадала.

Он вошел в натопленную избу и сразу же подошел к отдыхающей Надежде. Она была очень темной, почти абсолютно черной вороной масти. И прямо посреди лба, под густой спутанной челкой, у нее пряталось небольшое белое пятнышко.

По своей причудливой форме это пятно действительно очень напоминало ровную звезду. Эта внезапная догадка, хрупкая, как первый осенний лед, дала фермеру новые жизненные силы. Но в то же время окружающая реальность становилась все более суровой и безжалостной.

Скудные запасы корма таяли на глазах с пугающей скоростью. Драгоценного сена оставалось всего лишь на несколько ближайших дней. Но страшнее всего было наблюдать за тем, что неотвратимо происходило с несчастной Зорькой.

Лишенная привычного объема корма и ослабевшая от скудного рациона, она стремительно сдавала позиции. Сначала у старой коровы полностью пропало ценное молоко. Потом она стала отказываться от еды, отвергая даже то немногое, что Иван пытался ей давать.

Животное все больше безучастно лежало, тяжело и очень хрипло дыша. Отчаявшийся Иван делал абсолютно все, что было в его скромных силах. Он варил ей питательные отвары из последних остатков старой свеклы.

Пытался кормить ее прямо с рук размоченным в воде хлебом. Но корова угасала на глазах, неумолимо приближаясь к печальному финалу. Он смотрел в ее большие, полные печали глаза и видел в них лишь немой укор.

Получалось, что он спас чужих животных, но при этом погубил свою верную кормилицу. Староста Ерохин, который теперь наведывался каждый день, только молча и сокрушенно качал головой. «Плоха твоя корова, Петрович, очень плоха, и боюсь, что она уже не жилец»…