Тайна записки в кармане: почему ребенок оказался один в лесу

— Она же вас выбрала, — серьезно ответил Денис. — Могла записку любому дать, а дала вам. Значит, знала, что вы добрый.

Андрей посмотрел на ребенка и впервые задумался: а действительно, почему Вера была так уверена именно в нем? Откуда такое доверие к незнакомому леснику?

Квартира Наташи встретила их теплом и запахом свежего пирога. Сестра Андрея, женщина лет сорока пяти с добрыми глазами и мягкой улыбкой, сразу заключила Дениса в объятия, словно знала его всю жизнь.

— Вот и познакомились, — сказала она, присаживаясь на корточки перед мальчиком. — Я тетя Наташа. А ты, значит, Денис? Какой красивый мальчик!

— Здравствуйте, тетя Наташа, — вежливо поздоровался ребенок, но держался настороженно.

— А хочешь посмотреть, каким маленьким был дядя Андрей? — предложила Наташа, доставая толстый альбом с фотографиями.

Денис оживился. Они устроились на диване, и Наташа начала показывать старые снимки Андрея в детском саду, в школе, на рыбалке с отцом.

— А вот он в твоем возрасте, — сказала она, указывая на фотографию серьезного мальчика с удочкой. — Тоже любил природу больше игрушек.

Андрей смотрел, как лицо Дениса впервые за долгое время светлеет настоящей улыбкой. Здесь, в окружении семейного тепла, мальчик начинал оттаивать.

— Тетя Наташа, а дядя Андрей тоже ждал свою маму? — вдруг спросил Денис.

— Ждал, — кивнула женщина. — И нашел себе новую семью, как и ты.

Вечером, когда Денис заснул на диване, укрытый мягким пледом, Андрей рассказал сестре всю историю. Наташа слушала молча, изредка качая головой и вздыхая.

— Давно пора тебе стать отцом, — сказала она, когда брат закончил рассказ. — Вижу, как ты на мальчика смотришь. Уже полюбил.

— Полюбил, — согласился Андрей. — Но все-таки странно. Почему она доверила ребенка именно мне?

Наташа задумчиво покрутила в руках чашку с чаем.

— А как ты сказал, ее звали? Вера Кошкина? — переспросила она.

— Да, а что?

— Имя знакомое, — нахмурилась сестра. — Где-то слышала. Постой, а сколько ей было лет?

— Тогда она ровесница тебе.

Наташа встала и прошлась по комнате.

— Андрей, а ты помнишь девочку Веру из нашего класса? Тихую такую, скромную?

Брат пожал плечами.

— В классе было тридцать человек. Всех не упомнишь.

— А ее часто обижали одноклассники, — продолжала вспоминать Наташа. — Жалко мне ее было всегда.

— Не помню такой, — честно признался Андрей.

Наташа исчезла в кладовке и вернулась с пыльной коробкой школьных альбомов.

— Вот смотри, — сказала она, листая выпускной альбом. — Одиннадцатый «Б» класс.

На фотографии выпускного класса в первом ряду стояли отличники и активисты, а в дальнем углу почти незаметно виднелась худенькая девочка с длинными темными волосами и грустными глазами.

— Вера Кошкина, — указала пальцем Наташа. — Помнишь теперь?

Андрей внимательно вгляделся в лицо девочки. Что-то знакомое мелькнуло в памяти: тонкие черты, особый разрез глаз.

— Возможно, — неуверенно сказал он.

— Она всегда была в тебя влюблена, — продолжала сестра. — Я это еще в девятом классе заметила. Смотрела на тебя так… как будто ты для нее весь мир.

— Откуда знаешь?

— Девочки между собой говорили. Вера писала тебе записки, но стеснялась передавать. А ты и не замечал ничего.

Андрей чувствовал, как в груди разливается странное тепло, смешанное с грустью. Наташа отложила альбом и посмотрела на брата серьезными глазами.

— Было одно происшествие в десятом классе, — начала она. — Помнишь Серегу Крылова и его компанию?

— Хулиганы были, — кивнул Андрей.

— Так вот, они как-то Веру окружили после уроков. Дразнили, портфель отняли, бумажки разбросали. А ты проходил мимо и заступился.

Андрей напряженно думал, пытаясь вспомнить.

— Кажется, было что-то такое, — медленно сказал он. — Но я не помнил, что это была именно она.

— Она запомнила навсегда, — мягко сказала Наташа. — С того дня считала тебя своим героем. Говорила подружкам, что ты самый добрый мальчик в классе.

— И что с ней стало после школы?