Теща забеременела от зятя и пришла каяться на кладбище. Ответ умершей дочери потряс всех
Прохожие часто оборачивались им вслед. Видя их искренние чувства, люди невольно улыбались — настолько гармонично смотрелась эта пара, несмотря на очевидную разницу в возрасте. В эти моменты для Жанны не существовало прошлого, только теплая ладонь Филиппа в её руке и свежий ветер с Днепра.
Подготовка к свадебной церемонии потребовала от пары немало усилий. Они отказались от стандартного банкета, решив сделать этот праздник по-настоящему особенным и уникальным, отражающим их историю преодоления. Жанна подходила к каждой детали с маниакальной тщательностью.
Выбор ткани для подвенечного платья превратился в целый ритуал. Она провела недели в поисках, пока не нашла его — изысканный шелк кремового цвета с едва уловимым жемчужным отливом. Эта ткань была живой, она струилась, как вода, и идеально подчеркивала её преобразившуюся после операции фигуру. Глядя на себя в этом платье во время примерки, Жанна видела не пенсионерку, а невесту, полную надежд.
Филипп, в свою очередь, взял на себя организационную часть. Он активно участвовал в выборе места для торжества, отвергая один вариант за другим, пока не нашел тот самый уютный ресторан с панорамным видом на Днепр. Он настаивал на том, чтобы шум реки и бескрайний горизонт стали свидетелями их клятв. «Наша любовь так же глубока, как эта река», — говорил он, обнимая Жанну за плечи.
Многие знакомые семьи Луценко поначалу скептически относились к такому мезальянсу. В тихих беседах за спиной паре предрекали скорое и болезненное расставание. Соседки на лавочках шептались, что Филиппу нужны только её деньги или квартира, а Жанна «просто сошла с ума от горя после смерти мужа». Однако время шло, недели складывались в месяцы, а чувства влюбленных только крепли.
Серьезность их намерений и глубина взаимной привязанности стали очевидны даже самым ярым критикам. Жанна со временем научилась не обращать внимания на косые взгляды и перешептывания в очереди магазина. Она сосредоточилась на собственном счастье и, что было важнее всего, на выполнении последней воли своего первого супруга Дмитрия.
В своих воспоминаниях Жанна часто возвращается к тем тяжелым годам, когда она была прикована к постели больного мужа. Те годы были лишены красок, наполнены лишь болью и самоотречением. Она отдавала все силы уходу за ним, забывая о себе. И теперь она понимает, что именно тот суровый жизненный опыт научил ее ценить каждое мгновение радости. Дмитрий был удивительно мудрым человеком…
