Точка невозврата: почему иногда чужой ребенок становится ближе собственного

Несмотря на все эти теплые уговоры и гарантии, на протяжении всех последующих долгих, мрачных дней взрослый мужчина почему-то постоянно пребывал в крайне скверном, раздражительном и глубоко подавленном, мрачном расположении духа. Это грядущее, неотвратимое отцовство со всеми его бессонными ночами, криками и грязными пеленками явно никак не входило в его эгоистичные, тщательно выстроенные личные планы на роскошную и совершенно беззаботную жизнь богатого холостяка.

Он весьма натянуто, фальшиво и криво улыбался своей цветущей, беременной супруге, но в его бегающем, холодном и колючем взгляде постоянно читалось откровенное, едва сдерживаемое злое недовольство всем происходящим вокруг него. Наблюдательная, чуткая пожилая женщина прекрасно, в мельчайших деталях замечала всю эту гнусную, лицемерную игру своего отпрыска, и от этого ясного осознания его душевной черствости ей становилось по-настоящему невыносимо, до крика больно.

В гнетущей тишине бессонных, долгих ночей она всё чаще и жестче корила саму себя за какие-то мнимые, давние педагогические ошибки в воспитании этого жестокого наследника, полностью понимая и принимая на себя свою материнскую ответственность. В один из морозных, снежных выходных дней этот странный, отстраненный парень внезапно и весьма настойчиво, не терпящим возражений тоном позвал свою беременную жену на грандиозный загородный шоппинг.

Свою столь внезапную, несвойственную ему инициативу он весьма гладко объяснил горячим, непреодолимым желанием присмотреть хорошие, дорогие презенты к предстоящим шумным зимним праздникам в новом огромном торговом центре далеко за городом. Услышав об этой странной затее, измученное тревогами сердце Раисы Ивановны почему-то вдруг бешено, словно пойманная птица, и очень тревожно забилось в груди в страшном, необъяснимом предчувствии надвигающейся, совершенно неизбежной беды.

Она долго, со слезами на глазах и умоляюще уговаривала их перенести или вовсе отменить эту необязательную, развлекательную поездку из-за образовавшейся сильной, смертельно опасной наледи на всех загородных автомобильных дорогах. Но упрямый, гордый и самоуверенный сын лишь раздраженно, с явным, нескрываемым превосходством самонадеянно отмахнулся от всех этих глупых, по его просвещенному мнению, смешных старческих суеверий и беспочвенных страхов.

Он громко, с вызовом и безапелляционно заверил взволнованную до слез родительницу в том, что его дорогой, сверхсовременный импортный автомобиль абсолютно, стопроцентно надежен в любых мыслимых и немыслимых погодных условиях. Кроме того, он торжественно поклялся, что сам лично, будучи опытным водителем, будет предельно, максимально осторожен и внимателен за рулем на каждом скользком, коварном повороте этой злополучной загородной трассы.

Спустя долгих, невыносимо мучительных пять часов томительного, нервного ожидания у замерзшего окна эта красивая, молодая пара так и не появилась на пороге своей уютной, теплой родной квартиры. Дорогой, навороченный мобильный телефон Ивана почему-то стабильно и пугающе находился вне зоны действия сети, а все бесчисленные, отчаянные звонки на номер невестки так и оставались без малейшего, обнадеживающего ответа.

Бледная как больничное полотно, перепуганная женщина металась из угла в угол по пустым, тихим комнатам, безжалостно, словно палач, изводя саму себя самыми страшными, кровавыми и апокалиптическими мыслями о судьбе своих обожаемых детей. Внезапно, резко разорвав звенящую, мертвую тишину квартиры, яркий экран ее смартфона тревожно засветился от долгожданного входящего вызова, поступившего прямо с личного, знакомого аппарата пропавшей Наташи.

Но вместо такого родного, звонкого и веселого голоса любимой невестки в трубке раздался совершенно чужой, строгий, официально поставленный мужской баритон с пугающими, металлическими нотками. Неизвестный, холодный собеседник сухо представился главным дежурным врачом местной травматологической клиники и первым делом протокольно, без эмоций уточнил точную степень родства ответившей женщины с законной владелицей данного разбитого вдребезги гаджета.

Мгновенно оцепенев от леденящего душу, первобытного животного ужаса, несчастная, побелевшая пенсионерка дрожащим, срывающимся голосом начала сбивчиво расспрашивать этого страшного вестника о текущем состоянии здоровья своих внезапно пострадавших близких людей. Спокойный, привыкший к трагедиям доктор монотонно, как по бумажке, пояснил ей, что управлявший автомобилем молодой человек практически чудом не пострадал в этой страшной мясорубке и уже даже самовольно, без разрешения покинул больничный приемный покой.

К огромному, вселенскому сожалению, общее физическое состояние его несчастной, истерзанной молодой спутницы на данный конкретный момент оценивалось консилиумом опытных врачей как крайне, критически тяжелое и абсолютно нестабильное. В жуткой панике схватив свою теплую зимнюю верхнюю одежду, обезумевшая от горя женщина прямо на бегу, трясущимися руками заказала спасительную машину такси, надеясь успеть в больницу хотя бы к глубокой ночи.

Но именно в этот самый драматичный, напряженный момент в темном коридоре квартиры, словно материализовавшийся призрак, внезапно появился ее живой и невредимый, но подозрительно взъерошенный, избегающий зрительного контакта сын. Перепуганный до смерти парень лишь слегка, едва заметно прихрамывал на правую ногу, а на его бледных от пережитого шока щеках виднелись лишь пара мелких, абсолютно неопасных для здоровья царапин и ссадин.

Окончательно обезумевшая от праведного, слепого материнского гнева мать с кулаками набросилась на этого жалкого труса с самыми жестокими, но при этом вполне заслуженными, хлесткими упреками и проклятиями. Она совершенно искренне, всем своим нутром не понимала, как этот взрослый, сильный и здоровый мужчина мог так подло и низко бросить свою истекающую кровью супругу совершенно одну в холодной больничной палате.

Тот в ответ лишь невероятно грубо, по-звериному оскалившись, огрызнулся на плачущую навзрыд женщину, безапелляционно, с матом требуя немедленно оставить его скромную, пострадавшую персону в абсолютном, звенящем покое. После этих ужасных, жестоких и непростительных слов он трусливо, словно побитая дворовая собака, быстро скрылся за надежной, дубовой дверью в своей дальней спальне, громко, с вызовом щелкнув тяжелым металлическим замком.

Совершенно не желая больше тратить драгоценные, жизненно важные для спасения невестки минуты на этот бессмысленный, грязный домашний скандал, потрясенная женщина буквально пулей вылетела из родного дома в морозную ночь. Она на максимальной, граничащей с безумием скорости помчалась в указанную дежурным клинику, где в пустом, гулком коридоре ее уже давно поджидал уставший, седой лечащий специалист с толстой папкой медицинских документов в руках.

Этот повидавший многое на своем веку, мудрый хирург тихим, искренне сочувствующим голосом сообщил убитой горем матери воистину леденящие душу, жуткие и кровавые подробности произошедшего дорожного происшествия. Как оказалось, из-за внезапно образовавшейся на асфальте коварной, невидимой глазу скользкой трассы тяжелое транспортное средство полностью потеряло какое-либо адекватное управление и с огромной силой вылетело в глубокий, заснеженный кювет…