Ты не получишь ни копейки»: роковая ошибка изменника, не читавшего брачный договор
Очередная встреча прошла спустя три дня в расширенном составе. К беседе подключилась прокурор Ирина Анатольевна Волкова. Эта жесткая дама в строгих очках выслушала мои доводы от начала до конца и вынесла вердикт.
«Мы согласны на официальное сотрудничество. Вы предоставляете нам неопровержимые улики. Мы же гарантируем вашу неприкосновенность, охрану и право оставить себе ту долю имущества, которая была получена легально до старта криминальных схем вашего супруга».
Меня полностью устроили такие условия, и я подписала все бумаги, даже не вчитываясь в мелкий шрифт. Мне было абсолютно все равно, какими терминами это описано. Главное, что теперь у меня появился шанс выйти из этой истории не с пустыми руками, а женщиной, сумевшей отстоять свои права.
Последующие два месяца казались мне сюрреалистичным сном. Днем я по-прежнему оставалась идеальной женой: стряпала его любимые блюда, наглаживала рубашки и преданно встречала у порога. Но стоило Дмитрию уснуть после очередного совещания, как я превращалась в агента, переснимая новые контракты из его сейфа.
Миниатюрные диктофоны, которые оперативники помогли спрятать в нужных местах, исправно писали все его разговоры. «Да не переживай, у нас там все схвачено», — нагло смеялся он в трубку. «Гони транш через Кипр, как мы всегда делаем, схема работает как часы», — раздавал он указания бухгалтерам.
«Эти идиоты даже не догадываются, какие суммы мы кладем себе в карман», — хвастался он перед партнерами. Технический специалист от Морозова внедрил в ноутбук супруга специальную утилиту. Эта программа автоматически сливала весь массив файлов на полицейские защищенные сервера.
Труднее всего было сохранять невозмутимое лицо, когда за ужином муж плакался на дикую усталость от работы. Я-то прекрасно знала, что половину дня он провел в постели Карины, в ее роскошных апартаментах в центре столицы. Но я терпеливо выслушивала его бредни и сочувственно подливала ему вино.
Мне приходилось натягивать улыбку, когда он заводил шарманку о жесткой экономии на продуктах, в то время как утром спустил миллион на брендовые часы. «Ты какая-то слишком задумчивая в последние дни», — подозрительно прищурился он как-то раз, и мое сердце ухнуло в пятки. «Просто увлеклась новой книгой», — максимально безмятежно парировала я.
Я пояснила, что подсела на криминальные романы, от которых невозможно оторваться. «Опять твои детективы, — снисходительно усмехнулся он. — Не думал, что ты любительница такого чтива, но развивайся, ведь знания лишними не бывают».
«Еще как не бывают, милый», — злорадно подумала я, наливая ему кофе. И очень скоро эти знания разрушат твою привычную жизнь.
С каждой новой порцией компромата картина его преступлений становилась все более пугающей. Дмитрий легализовывал средства для бандитов, промышляющих незаконным бизнесом в западных регионах страны. Ежемесячный оборот теневых денег исчислялся десятками миллионов гривен.
Алгоритм работал без единого сбоя. Криминал передавал наличность, Дмитрий через подставных лиц скупал землю и здания, а затем «Воронцов Эстейт» выкупала эти активы по завышенной цене. Разница оседала на официальных счетах фирмы, откуда деньги беспрепятственно расходились по всему миру.
Однако жадность супруга не знала пределов, и он принялся обманывать собственных криминальных боссов. Он занижал стоимость сделок, а неучтенную разницу переводил на свои секретные счета. Именно на эти крысятнические доходы он баловал Карину, одаривая ее бриллиантами и путевками на престижные курорты.
Всю эту взрывоопасную информацию я оперативно сливала следователям. В их руки попадал каждый договор, каждая аудиозапись и каждое фото с тайных сходок. «Алина Сергеевна, вы проделали колоссальную работу», — похвалил меня Морозов во время нашего очередного контакта.
«Благодаря вам мы накроем синдикат, который безнаказанно действовал больше десяти лет», — с гордостью заявил офицер. «Это уже не просто грязные дела вашего мужа, это масштабная преступная паутина». «А отец Карины, он тоже замешан в этом?» — поинтересовалась я.
«Делать выводы пока рановато, но связи мы фиксируем. Не исключено, что он не посвящен в криминальные нюансы и просто видит в браке дочери выгодный альянс. Время покажет», — философски ответил майор.
В ноябре, когда Киев накрыли промозглые туманы, наступил час финальной развязки. Дмитрий подал заявление на развод, четко следуя своему циничному плану. В иске я была выставлена меркантильной содержанкой, проедающей капиталы великого труженика.
Он настаивал на мизерных выплатах и полном лишении меня права на раздел имущества. «Не убивайся ты так, — высокомерно бросил он, кинув мне повестку, — я же не бессердечный монстр». «Оплачу тебе аренду простенького жилья, буду подкидывать на хлеб».
«Двадцати тысяч в месяц для твоих скромных запросов хватит за глаза», — щедро подытожил он. Эта подачка на фоне миллионов, спущенных на любовницу, выглядела изощренным издевательством. Я послушно выдавила из себя слезы, разыгрывая нужную эмоцию.
«Дима, зачем же так, мы столько лет прошли рука об руку?»
