«У него же нет ни копейки!»: что на самом деле скрывалось за закрытыми дверями родственников

Они двинулись к выходу. У двери Ксения обернулась. Ида Марковна сидела красная, как та самая буженина, на полу. Тетка Тамара застыла с открытым ртом. Женя сидел, опустив голову на руки. Пир был разрушен. Обои «Палаццо» смотрели на этот позор со стен с немым укором.

— Кстати, — сказала Ксения, глядя на свекровь, — ремонт красивый. Жаль, что плинтуса криво наклеены. Дешевка.

Она вышла на лестничную площадку. Спускаясь по лестнице, она слышала, как за дверью начался ор. Ида Марковна орала на сына. Женя что-то бубнил в ответ. На улице было жарко. Солнце слепило глаза. Виктор Иванович аккуратно прислонил телевизор к лавочке.

— Ну что, дочь, куда трофеи девать будем?

— Чек у нас есть. Попробуем вернуть в магазин. Мне зуб лечить надо.

— Дело говоришь. А с этим… с Женей что? У вас же ипотечная квартира. Куплена в браке. А что с ним?

Ксения вдруг почувствовала невероятную легкость. Словно с плеч сняли рюкзак с камнями.

— Квартиру продадим. Или возьму кредит и выкуплю его долю.

Она посмотрела на ключи от машины в своей руке. Нажала кнопку. Старенький, но бодрый Ford пискнул за углом.

— Садись, пап, довезу. И Рекса бери. У меня в багажнике сосиски есть. Он заслуженно заработал.

Виктор Иванович усмехнулся, подхватил телевизор и пошел к машине. Ксения села за руль, поправила зеркало. В отражении она увидела свои глаза. Усталые, без макияжа, но живые. Впервые за три месяца в них не было страха перед завтрашним днем.

В этот момент телефон звякнул. Сообщение от Жени: «Ксюш, ты чего устроила? Мама плачет. Вернись, поговорим, я все объясню». Ксения удалила сообщение, не дочитав. Потом зашла в настройки контактов, выбрала «Муж» и нажала «Заблокировать».

Мотор заурчал. Она включила поворотник и плавно выехала на дорогу, оставляя позади чужой праздник, чужую ложь и чужую жадность. Впереди была ее жизнь, и она собиралась прожить ее по своим счетам.