Вчера он накормил бездомную девочку, а сегодня она принесла цветы его покойной невесте. Тайна, скрытая в прошлом

Только благодаря ее колоссальному терпению бизнесмен сумел вынырнуть из алкогольной ямы, вернуться в реальность и заново взять в свои руки управление компанией. Время не вылечило рану, но научило жить с этой хронической болью. Изредка Вика все же приходила к нему во снах, то одаривая прежней лучезарной улыбкой, то глядя с немым укором.

После таких ночей он неизменно просыпался с раскалывающейся головой и мокрой от слез подушкой. Чуткая Яна, прекрасно понимая причину его состояния, молча ставила на тумбочку стакан воды с обезболивающим. У этой сильной женщины наверняка хватало собственных душевных травм, но она никогда не перекладывала свой груз на его плечи.

Лишь однажды, в минуту редкой откровенности, она с горечью призналась, что из-за перенесенной в юности болезни навсегда лишена возможности стать матерью. Зная о ее маргинальном прошлом, Виктор не стал лезть с расспросами. Его больше удивил сам факт того, что эта прагматичная и внешне холодная карьеристка вообще задумывалась о пеленках.

Вернувшись мыслями в сегодняшний день, мужчина тяжело вздохнул. Завтра исполнится ровно семь лет с того дня, как оборвалась ее жизнь. Целых семь лет пустоты, а он до сих пор не может заставить себя смириться с этой потерей.

Завтра он снова поедет на старый погост, чтобы постоять перед безмолвной гранитной плитой — главным доказательством того, что чудес не бывает. Жгучее чувство вины не отпускало его ни на день. Если бы он тогда проявил настойчивость, запер ее в квартире, умолял, эта трагедия никогда бы не произошла.

Он бы в жизни не позволил своей жене летать сомнительными чартерами третьесортных авиакомпаний. Но он сдался без боя, решив, что недостоин ее юности. На следующий день после обеда бизнесмен с огромной охапкой алых роз медленно шел по знакомым аллеям кладбища.

Он наизусть выучил всех «соседей» по участку, большинство из которых были людьми преклонного возраста. Еще издали он заметил возле нужной могилы две суетящиеся фигурки. Видимо, ребятня из ближайших частных домов промышляла сбором конфет и печенья, оставленных скорбящими родственниками.

Для взрослых это выглядит кощунством, но голодное детство диктует свои суровые правила выживания. Увидев приближающегося высокого мужчину, дети мгновенно сгруппировались, но убегать не стали. Это были те самые брат с сестрой, одетые в старые куртки не по размеру.

Они выпрямились и крепко взялись за руки, всем своим видом демонстрируя готовность дать отпор любому агрессору. Поравнявшись с ними, Виктор с изумлением узнал во вчерашней беглянке ту самую девочку с парковки. Мальчик смело шагнул вперед, заслонив собой сестру, и исподлобья уставился на незнакомца.

— Вы к кому? — с явным вызовом и недоверием поинтересовался он, сжав маленькие кулачки.

Вглядевшись в его перепачканное лицо, бизнесмен замер как вкопанный. Сомнений быть не могло: на него смотрели те самые уникальные бирюзовые глаза, обрамленные правильными, до боли знакомыми чертами.

Природа наградила этих оборванцев поразительной, почти аристократической красотой, которая контрастировала с их жалким видом. Наверняка родители-маргиналы давно пропили все имущество, бросив детей на произвол судьбы скитаться по улицам и таскать сладости с чужих надгробий.

— Я… я просто давний друг той женщины, что лежит здесь, — стараясь говорить максимально мягко, ответил Виктор.

— Сегодня печальная дата, вот, принес цветы. Я совершенно не планировал встретить здесь кого-либо, поэтому не захватил гостинцев. Возьмите, купите себе нормальной еды…