Вернулась домой раньше и застала свекровь в спальне за очень подозрительным занятием

— Мама права. Давай не будем закрывать.

Алина была в ярости, но не стала скандалить. Они с Денисом поговорили наедине.

— Это невозможно. Твоя мать живет здесь полгода. Она уже давно здорова. Когда она уедет?

— Алин, ну, дай ей еще немного времени.

— Сколько? Год? Два? Она не собирается уезжать.

— Не ори. Мама услышит.

— Мне все равно. Это наша квартира, наша жизнь. Я не подписывалась жить втроем.

Денис помрачнел:

— Это моя мать. Я не могу ее выгнать.

— Я не прошу выгнать. Я прошу, чтобы она вернулась домой. У нее есть дом, есть пенсия. Она прекрасно может жить сама.

— Она пожилая женщина. Ей одной страшно.

— Ей 62 года, Денис. Она не древняя старуха. Она активная, здоровая. Просто не хочет уезжать отсюда.

Разговор закончился ничем. Денис встал на сторону матери. Алина поняла, что одной справиться не удастся. Она позвонила своей матери, рассказала ситуацию.

— Алинка, ты права, — сказала мама. — Это манипуляция. Свекровь не хочет отпускать сына. Она тебя выживает.

— Что мне делать?

— Ставь ультиматум. Либо она уезжает, либо ты уходишь. По-другому не решить.

Но Алина не была готова к ультиматумам. Она любила Дениса, не хотела разрушать семью. Надеялась: может, как-то само рассосется. Вера Сергеевна устанет, соскучится по своему дому, уедет сама.

Прошло еще три месяца. Свекровь обжилась окончательно. Стала распоряжаться в квартире как хозяйка. Переставила мебель в гостиной — «так удобнее, поверьте». Выбросила половину Алининых косметических средств — «зачем столько баночек? Вредная химия». Даже ключи от квартиры себе сделала — «на всякий случай, вдруг вы забудете открыть».

Алина чувствовала, что теряет контроль над собственной жизнью. Дома она стала гостьей, а Вера Сергеевна — хозяйкой. Денис не замечал проблемы или не хотел замечать. Ему было удобно: мама готовит, убирает, стирает. Он приходил с работы, а дома чистота, вкусная еда, заботливая мать. Зачем что-то менять?

Работа стала для Алины единственной отдушиной. Там она чувствовала себя компетентной, нужной, уважаемой. Начальство ценило ее, коллеги прислушивались. Она начала задерживаться в офисе допоздна, находя причины не ехать домой.

И вот однажды в среду Алина почувствовала себя плохо. Началась мигрень, голова раскалывалась. Она попросила у начальника разрешения уйти пораньше. В обычное время она возвращалась к семи вечера, но сегодня было только три часа дня…