Я молча посмотрела на пустой холодильник и собрала вещи. Утреннее пробуждение мужа стало хитом

Одно повышение получила и уже деньгами разбрасываешься? Я, между прочим, прораб, у меня своя зарплата.

— Которую ты в основном спускаешь на выпивку с ребятами после смены, — тихо заметила Василиса.

— Это мои деньги! — Игорь повысил голос. — Я их заработал. Имею право тратить, как хочу.

— А я, значит, свою зарплату должна отдавать в семейный бюджет до копейки? — Василиса внезапно ощутила прилив смелости. — При этом моя еда съедается без спроса, мой кофе выпивается, а бытовые расходы почему-то всегда оказываются на мне.

Лидия Степановна выступила вперед, словно защищая сына.

— Не смей повышать голос на моего мальчика! Он работает как вол, обеспечивает вас обеих. А то, что он иногда расслабляется с друзьями, так это святое, мужчине нужна разрядка.

— Расслабляется три раза в неделю минимум, — Василиса повернулась к свекрови. — И тратит на это четверть своей зарплаты. Это при том, что у нас ипотека и коммунальные платежи.

— Мелочная ты, — процедил Игорь, — копейки считаешь. Не хочешь кормить мужа, так и скажи.

— Я хочу равноправия, — твердо ответила Василиса. — Хочу, чтобы мою работу уважали так же, как твою. Хочу, чтобы мои достижения ценили, а не высмеивали.

— Достижения! — Игорь фыркнул. — Повысили до начальницы отдела кадров. Подумаешь, великое дело бумажки перекладывать.

Василиса молча смотрела на мужа, вдруг понимая, что перед ней чужой человек. Не тот заботливый парень, который пять лет назад признавался ей в любви и обещал быть вместе и в горе, и в радости. Теперь он злился на ее успех, насмехался над ее карьерным ростом и считал ее работу не стоящей уважения.

— Знаешь, — сказала она спокойно, — возможно, ты прав. Возможно, моя работа — просто перекладывание бумажек. Но эти бумажки… — она похлопала ладонью по папке с документами, — определяют судьбы людей. В том числе и твою.

Игорь смерил ее презрительным взглядом.

— Это еще что значит?

— Ничего особенного, — Василиса пожала плечами. — Просто факт. Начальник отдела кадров визирует все трудовые договоры, контролирует дисциплину, согласовывает увольнения и премии. Это ведь просто бумажки, да?

Лидия Степановна насторожилась, уловив в голосе невестки непривычные нотки.

— Ты что, угрожаешь моему сыну? — Она шагнула вперед, воинственно выставив подбородок. — Да как ты смеешь? Он в этой компании незаменимый работник. Три стройки под его началом!

— Никто не незаменим, Лидия Степановна, — тихо ответила Василиса.

— Никто? Вам ли не знать?

Свекровь осеклась, словно пощечину получила. Она прекрасно поняла намек на свою собственную ситуацию. Еще полгода назад она хвасталась, какая она незаменимая в школе, где преподавала много лет. А потом внезапно ушла на пенсию и переехала к сыну, мотивируя это одиночеством после смерти мужа. Но Василиса случайно узнала от общих знакомых, что Лидию Степановну попросили уйти из-за многочисленных конфликтов с коллегами и жалоб родителей.

— Мне пора, — Василиса взглянула на часы. — Не хочу опаздывать на первое совещание в новой должности.

Она прошла мимо застывших мужа и свекрови, направляясь в ванную комнату. Сегодня она особенно тщательно подберет гардероб, как-никак первый день в новом статусе. Пусть дома ее не уважают, но на работе она заставит считаться с собой.

День в офисе оказался насыщенным до предела. Эльвира Борисовна проводила Василису по всем закоулкам кадровой работы. Показывала программы учета, объясняла специфику документооборота, знакомила с тонкостями трудового законодательства.

— Главное, что тебе нужно знать, — говорила пожилая начальница, откинувшись в кресле. — Не все сотрудники одинаковы. С кем-то надо мягко, с кем-то строго. Особенно с прорабами. Эти ребята считают себя царями и богами на стройке, а до документов им дела нет. Вечно просрочат что-нибудь, забудут подписать, потеряют.

Василиса невольно подумала об Игоре. Он тоже частенько жаловался на бумажную волокиту.

— А как вы с ними справляетесь? — поинтересовалась она.

Эльвира Борисовна хитро улыбнулась.

— У каждого есть свое слабое место. Кто-то премию хочет получить, кто-то отгулы, а кто-то просто боится в трудовой книжке запись об увольнении заработать. Найди рычаг, и любой станет шелковым.

К концу дня голова Василисы гудела от обилия информации. Она листала личные дела сотрудников, вникая в структуру компании, знакомилась с графиками отпусков, планами обучения персонала. Среди прочих документов ей на глаза попалась папка с дисциплинарными взысканиями. Она машинально пролистала ее и замерла, увидев знакомую фамилию: Тихомиров Игорь Михайлович, прораб участка №3.

Опоздание — выговор. Отсутствие на рабочем месте — замечание. Нарушение техники безопасности — строгий выговор. Конфликт с заказчиком — предупреждение. Василиса медленно перевернула страницу. Еще несколько замечаний и выговоров за последние полгода. Почему муж ничего не говорил об этом? И почему она, работая в той же компании, не знала о его проблемах?

— Интересное чтение? — Эльвира Борисовна заглянула ей через плечо. — А, Тихомиров… Твой муж, если не ошибаюсь.

Василиса кивнула, не отрывая глаз от документов.

— Не самый дисциплинированный сотрудник, — вздохнула начальница. — Хороший специалист, спору нет. Но характер… Сергей Викторович уже дважды ставил вопрос о его увольнении, но я отговорила. Все-таки опыт, знания объектов. Да и тебя жалко было. Как-никак, семья.

Василиса подняла глаза.

— Меня?

— Конечно. — Пожилая женщина присела на край стола. — Думаешь, я не знаю, как вы живете? Поселок у нас маленький. Все друг о друге все знают. Твоя свекровь в местной школе столько лет проработала. Ее каждая собака помнит. И характер ее тоже.

Василиса почувствовала, как краска заливает лицо. Неужели их семейная жизнь — предмет обсуждения всей компании?

— Не смущайся. — Эльвира Борисовна похлопала ее по плечу. — Никто тебя не осуждает. Наоборот, все удивляются, как ты терпишь. Я бы на твоем месте давно взбунтовалась.

— Я… Я просто старалась сохранить семью, — тихо ответила Василиса.

— Семью сохраняют вдвоем, деточка. — Эльвира Борисовна встала, собирая бумаги. — Не в одиночку. Ладно, заканчивай на сегодня. Завтра еще много работы.

Домой Василиса ехала в странном состоянии. В голове крутились обрывки информации: дисциплинарные взыскания Игоря, слова Эльвиры Борисовны о том, что все в курсе их семейных проблем, утреннее пренебрежение мужа и свекрови. Она припарковалась возле дома и некоторое время сидела в машине, не решаясь выйти. Что ее ждет там? За дверью квартиры? Очередные насмешки? Упреки? Или муж и свекровь одумались и готовы поддержать ее в новом карьерном этапе?

Открыв дверь квартиры, Василиса сразу поняла: чуда не случилось. Из гостиной доносился смех и звон бокалов. Она осторожно прошла по коридору и заглянула в комнату. Игорь и Лидия Степановна сидели за журнальным столиком, уставленным закусками и бутылками. Рядом с ними расположились еще двое — коллега Игоря со стройки Михаил и его жена Светлана (та самая Алена из финансового отдела, которая разболтала о повышении Василисы).

— О, легка на помине! — Игорь поднял бокал. — А мы тут твое повышение обмываем!

— Без меня?